Потом он снова попытался задать вопрос:

— А кого ещё из её группы вы опрашивали?

— А зачем вам это знать? — поинтересовался я.

— Если вы не разговаривали с нужными людьми, я могу указать в правильном направлении. Вы говорили с Джоном Нельсоном?

— А почему мне так важно с ним поговорить? — холодно уточнил я. Я помнил, что Джон Нельсон ранее упоминался в списке друзей Лонни.

— Он знал, кто такая Сара на самом деле, — ответил Лонни. — Он написал статью в местной газете о ней и о её толпе подруг, которые вечно бастуют у кампуса. А с Кириллом МакГи?

Это имя я тоже вспомнил: оно было в списке, который дал нам профессор Мюллер.

Я вытащил записную книжку, пометил это имя и оставил себе напоминание, самолично просмотреть все статьи в местной газете, где упоминалась Сара Уингейт.

Когда я закончил, то выжидательно посмотрел на Лонни.

— Увидите, у него тоже есть полезная информация, — произнёс Лонни в ответ на мой взгляд, начиная чувствовать себя важным свидетелем.

— А как насчёт имени Майкла Фромли? — спросил я. — Вы его знаете?

Кора подозревала, что они были знакомы, и мне стало интересно, признается ли в этом Лонни.

— Он тоже подозреваемый?

Я вытащил снимок и показал его Лонни.

— Вы его знаете?

Он покачал головой.

— Посмотрите внимательней, — сказал я. — Возможно, вы его где-то видели. Может, здесь, в университете. А может в городе, у Мами Дюран.

Лонни вытаращился на меня.

— Такова уж моя работа, мистер Мур, знать о таких вещах, — произнёс я. — Вы же не думали, что сможете сохранить это в секрете?

— Но как вы узнали? — прошептал он.

Я проигнорировал его вопрос и задал свой:

— Как давно вы его знаете?

Лонни пожал плечами:

— Пару раз сталкивались, вот и всё. Я не настолько хорошо с ним знаком, чтобы узнать о имени. Как вы сказали его зовут? Майкл?

Я не поверил ни единому слову.

— Где ещё, кроме заведения Мами, вы его встречали?

Лонни покраснел и начал тяжело дышать. Я явно попал в больное место.

— В игорном клубе, — ответил он наконец. — Но лишь один раз.

— В каком именно клубе?

— В «Доме с Бронзовой Дверью». На 33-ей улице.

Я записал название клуба, о котором знал понаслышке. Это был высококлассный игровой салон, обслуживающий лишь богатых джентльменов.

Тем, у кого было достаточно связей и денег, клуб предлагал исключительно высококачественные услуги. Они защищали клиентов от мошенничества, разносили еду, напитки и сигары во время игр, а также обеспечивали своим посетителям сохранение анонимности.

— А у вас хороший вкус, — произнёс я. — Когда вы видели его там в последний раз?

Я знал, что у Фромли были проблемы с деньгами, и, если верить словам моего друга Никки, ему даже запретили вход в низкопробные игорные дома.

Похоже, поведение Фромли и закончившиеся деньги сыграли с ним ту же дурную шутку и в более высококлассных клубах.

Конечно, для Фромли это уже не имело значения. Но вот для выяснения связи с ним Лонни — очень даже.

Лонни на мгновение задумался.

— Да уж, наверно, год прошёл с тех пор, как я его видел. Мы вообще встречались лишь раз или два. Хотя это произошло из-за меня, а не из-за него. Я однажды вечером проигрался в пух и прах. Отец помог мне, но запретил снова там показываться.