Что с нами стало ? Что мы сделали друг с другом? –вопросы любого брака, но чаще всего они возникают спустя много лет,  у нас же  перемены слишком ярки  и уродливы, чтобы их не заметить.

Глаза защипало, я быстро сморгнула накатившие слезы и усилием воли вернула себя в настоящее, но  от этого стало еще хуже.  Волна разочарования,  безвозвратной потери и  какой-то обреченности накатила, заполнила душу. И хотелось бы выплакать это все, да только знаю, слезы не помогут. Того, что было больше не вернешь и не изменишь, как бы не хотелось. А  я хотела, очень, безумно, всем своим нутром. Если бы повернуть время вспять....Но какой толк от этих бредовых размышлений? Надо жить настоящим-так вроде  советуют. Четыре года получалось следовать этому совету ради сына, по инерции, из-за страха. Я боялась чувств, особенно боли, а потому воспоминания были под запретом,  как и любимые духи. Сейчас же моей  эмоциональной изоляции пришел конец, так что можно не осторожничать.

Старательно  нанесла духи за уши и на запястья,  втянула, как можно глубже воздух  и вышла из дома. Чувствовала себя уверенно  «при  параде» так скажем, погода тоже радовала. Настроение  резко взлетело вверх, не ясно по какой причине, скорее всего,  эти истерические  вспышки предвестники депрессии, чем чего-то хорошего. Но все же стоило воспользоваться моментом, что я и сделала. Мне хотелось  выплеснуть  внезапно появившуюся энергию,  и когда  я увидела в гараже красное Ferrari, поняла, как я это сделаю. Весь автопарк Маркуса был продан, но эта машина мне нравилась, поэтому я оставила ее себе и иногда, когда, как сейчас хотелось драйва, щекотала себе нервы, катаясь на ней.

Кинув сумку на соседнее сидение, села за руль и с довольной улыбкой завела машину.

-Привет, крошка! Прокатимся? –газуя на месте,  усмехнулась я, услышав рев мощного  мотора. –Ну, вперед!- с этими словами я вдавила педаль газа в пол, и машина  с визгом сорвалась с места. У меня же сердце оборвалось от сумасшедшей скорости,  в кровь поступила убойная доза адреналина,  и я захохотала от восторга, перехватывающего дыхание. В голове проскочила мысль; может, ну его-этот маникюр, мне и так хорошо, но она тут же исчезла,  стоило  мне подъехать к контрольно-пропускному пункту.  Я  снизила скорость, о чем тут же пожалела, когда выехала за ворота;   на меня обрушились вспышки фотокамер,  машину окружили, набежавшие со всех сторон  журналисты.  Они начали долбить по стеклам, прыгали на капот, орали во весь голос, спрашивая что-то. Глаза резало, как и слух, паника овладела мной,   но тут же меня затопил гнев, когда один из стервятников  со всей силы ударил  в лобовое стекло. Я   угрожающе  посигналила и слегка надавила на газ, но этих ополоумевших людей мои действия нисколько не напугали.

-Проваливайте, придурки, пошли на хрен!- заорала я в отчаянье и вдавила педаль газа в пол, уже не заботясь о том, что кого-то задавлю. Эти обезумевшие в поисках сенсации людишки напугали меня до смерти. Как только я вырвалась, облегченно вздохнула, в след  послышались проклятья, но мне было все равно. Я еще сильнее надавила на газ и сконцентрировалась на дороге, руки тряслись, пот струился по спине.