– Но, миледи, недавно лорд Ранульф отдал мне распоряжение похоронить их.

Ариана с облегчением посмотрела на него.

– Вот видишь, Гилберт? – обернулась она к брату. – И Дракона можно урезонить.

Юноша сжал кулаки:

– И все равно я возмущен тем, как он обращается с вами, миледи.

– Я знаю. Но честно сказать, не так уж это и тягостно. В данных обстоятельствах он повел себя весьма сдержанно.

Кинув на Ранульфа еще один взгляд, Ариана обнаружила, что он бесстыдно рассматривает ее, и поспешно отвернулась. Неодобрительное выражение его лица не сулило ей ничего хорошего. Замолчав, она занялась едой.

Она обеспокоилась бы еще сильнее, если бы услышала разговор в противоположном конце зала, где вассал Ранульфа, Пейн Фицосберн, упрекал его.

– Нужно было повесить их, – непреклонно заявил Пейн, осмеливаясь критиковать своего сюзерена. – Ты слишком снисходителен, милорд.

– Если я могу так добиться послушания от здешних людей, – спокойно ответил Ранульф, – то от моей терпимости будет польза.

Пейн осушил кубок с вином.

– Верно, но я боюсь, что ты думаешь скорее членом, чем головой.

Ранульф повернул голову и прищурился, глядя на вассала:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только то, что твоя невеста, похоже, околдовала тебя.

Ранульф окаменел.

– Она больше не невеста мне, и я не вижу логики в твоих нападках.

Неужели Ариана – колдунья, наложившая на него заклятие?

Его взгляд снова приковался к Ариане. Она держалась с царственной грацией королевы, несмотря на унизительное испытание, в которое он ее вовлек, заставив прислуживать ему на виду у всех людей.

Может, в разговорах о колдовстве и содержится доля истины? Его сильно влекло к Ариане…

Менестрель, уже начавший бренчать на виоле, попросил у лорда дозволения развлечь собравшихся балладой. Ранульф кивнул, но слушал вполуха, с нетерпением дожидаясь, когда вернется Ариана, и, не обращая внимания на свирепые взгляды, которые бросал на него привлекательный юный блондин, сидевший рядом с ней.

По мнению Ранульфа, прошло слишком много времени, пока Ариана покончила с трапезой и вернулась на свое место у его стула.

Он скривил губы, когда она подошла:

– Что вы там так серьезно обсуждали? Замышляли, как меня уничтожить?

Ариана вспыхнула.

– Нет, милорд, мы разговаривали о погребении умерших. Благодарю вас за вашу милость.

Ранульф с подозрением посмотрел на нее, словно не доверяя ее благодарности.

– Еще мы говорили о положении семей тех, кто погиб, – добавила Ариана. – Этот вопрос касается и вас. Теперь вы отвечаете за их благосостояние, как лорд Кларедон.

– Я прекрасно знаю свои обязательства, демуазель.

– Значит, вы сделаете что-нибудь, дабы обеспечить их? Я уверена, что вы не дадите им голодать. Вы согласились обращаться с обитателями Кларедона милосердно – или я должна напомнить вам о нашей сделке?

Ранульф усмехнулся опасной улыбкой, от которой сердце ее сильно заколотилось.

– Возможно, ты должна напомнить о ней себе, леди. Если это и есть твое «беспрекословное повиновение» мне, ты уже нарушила клятву.

Мечтая, чтобы сердце перестало так колотиться, Ариана проглотила язвительный ответ и в душе вздохнула, приготовившись к длинному вечеру.

Наконец покончили с последним блюдом и убрали со столов. Похоже, общество приготовилось к долгой пирушке с вином и шумным весельем – уже заиграла музыка и началась игра в кости.