Когда Ранульф оторвался от ее губ и поднял голову, Аркана дико взглянула прямо в его яркие торжествующие глаза и прочла там правду – время ожидания закончилось.

Она закрыла глаза и прислонилась к Ранульфу, чувствуя, что он победил. Она не будет сражаться с Ранульфом, хотя он и хочет ее только для того, чтобы удовлетворить свой похотливый аппетит. Он отказывается признать ее своей женой и по-прежнему намеревается расторгнуть брак, но Ариана больше не будет размышлять, о греховности плотских отношений без святых брачных обетов. Она хочет скрепить их союз интимно, и не только для того, чтобы усилить свое положение жены. Она хочет Ранульфа, хочет его поцелуев и его ласк, его обладания. И хочет попытаться победить его враждебность. Может быть, если она полностью сдастся ему, то сумеет убедить Ранульфа изменить свое решение, сумеет заставить его понять, что она вовсе не такая вероломная, как он считает.

– Ранульф, – шепнула она, и ее взгляд молил рыцаря быть нежным. – Я больше не хочу бороться с тобой. Покажи, чего ты от меня хочешь… как угодить тебе.

Глаза Ранульфа потемнели. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоить бурлившую в жилах кровь. Да, он был благодарен Ариане за то, что она сдавалась сама. Он никогда не принуждал женщину и не любил насилия, а уж тем более эту женщину, чья холодная, царственная красота и непокорный характер околдовали его с самого начала. Если она когда-нибудь поймет, какой властью над ним обладает… да поможет ему тогда Господь…

– Значит, обольщение, – пробормотал он, и его слова хриплым жарким шепотом обожгли губы Арианы, к которым Ранульф прильнул в страстном поцелуе, словно скрепляя договор.

А потом почти с благоговением он развязал шнурок на ее платье и спустил вниз лиф, обнажив прекрасную, томившуюся по мужской ласке грудь Арианы.

Потрясенная Ариана резко втянула в себя воздух. Ей вдруг стало жарко, и жар этот усиливался от нежных прикосновений его языка. Что он с ней делает? Но она не находила в себе сил оттолкнуть Ранульфа. Она впилась пальцами в его плечи, и колени ее ослабели.

И тут, к ее ужасу, он оторвался от ее груди и начал ее раздевать. За несколько мгновений Ранульф снял с нее всю одежду, и вот уже она стоит перед ним обнаженная и тело ее пылает от смущения и желания.

Медленно, сосредоточенно рассмотрев Ариану, Ранульф как будто потерял интерес к ее наготе. Он смотрел на ссадины на ее плечах и шее, расцарапанных грубой шерстью туники.

– Это от одежды? – спросил он, проведя пальцем по ссадинам.

Ариана поморщилась и осторожно кивнула. Жалость к ней растопила острое вожделение, превратив его в мягкое желание. Ранульфу отчаянно захотелось прикоснуться к ней, уменьшить боль. Он шагнул вперед и, наклонившись, запечатлел нежный поцелуй на ее ключице. Прикосновение было легким, как перышко, но Ариана ощутила его так, словно губы Ранульфа превратились в тлеющие угли. Она в растерянности посмотрела на рыцаря. Почему Ранульф ведет себя так ласково? Когда начнется наказание? Он вел себя вовсе не так, как поступают, желая отомстить; говоря правду, он вел себя так, словно Ариана была какой-то драгоценностью.

Не сказав ни слова, Ранульф поднял ее на руки, словно она ничего не весила, и понес к постели. Опустив ее на мягкий мех куницы, Ранульф снова поцеловал ее с восхитительной нежностью и отошел, чтобы раздеться самому.

Внезапно задохнувшись, Ариана смотрела на него, не в силах отвести взгляд.

Развязав под мышками шнурки туники, Ранульф стянул ее через голову и бросил в сторону. За туникой последовала рубашка, обнажив выпирающие на руках и плечах мускулы и могучую грудь. Дерзко посмотрев в глаза Арианы, Ранульф взялся за завязки брэ на поясе. Он стянул их через бедра вниз и выпрямился. Ариана затаила дыхание. Ранульф стоял передней, возбужденный сверх всякой меры. В его мужественности, в невероятной мощи его скульптурного тела была поразительная красота.