– Что ты здесь делаешь? – резко спросил Ранульф, и угроза в его голосе заставила Ариану задрожать.

В горле у нее пересохло, и она едва выдавила:

– С-собираю травы, милорд.

– Тебя не было долго. Надо полагать, ты набрала их очень, очень много. Покажи, что в корзинках.

Не в силах шевельнуться, Ариана просто стояла и смотрела на него, а тошнотворный ужас выворачивал ей внутренности.

– Делай, что сказано!

Дрожащими руками Ариана откинула крышки с обеих корзинок. За исключением нескольких веточек и листочков, в них было пусто.

Лицо Ранульфа посуровело еще сильнее, если это вообще возможно.

– Мои люди сказали, что ты несла корзинки, полные еды. Ты что, снабжаешь провизией моих врагов?

– Н-нет… к-конечно, нет…

– Не лги мне!

Ариана вздрогнула от страха. Его лицо напоминало темную грозовую тучу, а пронзительные глаза превратились в ледышки. Какое безумие – думать, что он поверит ее жалкой отговорке! Какая глупость – так плохо все продумать! Она даже не сочинила подобающего оправдания. Могла хотя бы наполнить корзинки растениями после того, как оставила еду в хижине!

– Ты знаешь, какова кара за помощь мятежникам?

– Я н-не помогала…

– Так что же ты тут делала? Разве не замышляла измену? Не совещалась с предателями? Если я заеду в лес, разве не найду там Саймона Креси?

Ариана смотрела на Ранульфа, отчаянно пытаясь придумать хоть какой-нибудь ответ.

– Клянусь жизнью, это не имеет никакого отношения к мятежу.

– Значит, свидание? Служанка Дина говорит, что ты часто ходишь в этот лес, чтобы встречаться с любовником! – Ранульф говорил хрипло, гортанно и почему-то с горечью.

Ариана ахнула от такой лжи.

– Это неправда! У меня нет любовника!

Ледяное выражение его лица не изменилось.

– Дав тебе разрешение сходить сюда, я гадал, что же ты сделаешь. Я выполнил твою просьбу – я поверил тебе! – и вот как ты мне отплатила. Вероломством и предательством.

Ариана отчаянно замотала головой. Он обвинял ее напрасно, но она с ужасом думала, что Ранульф может докопаться до правды. Что откроет тайну, а ведь она жизнью поклялась, что сохранит ее. Ведь знала, что Ранульф ей не доверяет, и так глупо попалась в ловушку.

Теперь-то понятно, что он ее подстерегал – а она, как последняя дура, привела его прямо сюда!

– Нет, Ранульф… это совсем не то, что ты думаешь…

– Нет? – повторил он и грубо расхохотался.

Страшная боль застала его врасплох. Он не собирался ей больше верить. Ее страх был слишком очевиден, ответы слишком вымучены.

Он изо всех сил боролся с яростью, пытаясь унять сердце, колотившееся так, что он едва мог дышать. Она оберегает кого-то или что-то – скорее всего Саймона Креси. Но, Бог – свидетель, он узнает ее тайну, даже если для этого придется прочесать каждый дюйм леса.

Столь сильные чувства грозили его задушить. Ранульф решил прибегнуть к оружию, всю жизнь приходившему ему на помощь: к ярости. Такой ярости, которая уничтожает.

– Подойди сюда.

Бархатно-стальной голос не допускал отказа, но Ариана могла только стоять и смотреть на Черного Дракона.

Увидев, что она медлит, Ранульф прищурился, и его глаза пронзили ее, как два копья.

– Сейчас же! Не вынуждай меня заставлять тебя.

Ариана сделала неверный шажок назад. Горло ее перехватило от страха.

Ярость прорвалась наружу. Ранульф перекинул ногу через луку и спрыгнул на землю. В два огромных шага он подскочил к Ариане и жестко схватил ее за руки, заставив выронить корзинки.