Ниррен коснулся его лица носком сапога. Голова Восса безвольно перекатилась на сторону. Усмехнувшись, Ниррен повернулся к Ронину:

— Жаль, что так получилось. Хотелось бы мне посмотреть, как ты его обработаешь. — Он пожал плечами. — Ну и где же ты был? И Г'фанд тоже куда-то запропастился.

Ронин склонился над телом Восса. Забрал свой меч. Вытащил из-за пояса рукавицу.

— Я тут прогулялся на нижние уровни, потому что колдун...

— Так ты все-таки с ним пообщался!

— Да, и мне многое надо тебе рассказать.

Ронин пристегнул ножны к поясу. Они с Нирреном направились к ближайшей лестнице.

— Но сначала мне надо найти колдуна. Он сбежал от Фрейдала.

Ниррен кивнул.

— Хорошо. А я все гоняюсь за «грызуном». Теперь я, во всяком случае, знаю, кто это. Хотя ты, наверное, не поверишь... это просто невероятно...

— Послушай, — прервал его Ронин, — невероятно другое. Сейчас я тебе скажу, ты упадешь. Колдун был прав: мы не одни на этой планете.

— Что?!

Они заметили опасность одновременно, но было уже поздно. Оружие промелькнуло в воздухе. Ниррен замер на месте, широко раскрыв рот, и судорожно взмахнул руками. Из шеи хлынула кровь. Он пошатнулся и тяжело осел на пол.

Ронин помчался по лестнице, но убийца юркнул в ближайшую проходную щель и скрылся в неизвестном направлении.

Ронин вернулся к Ниррену и опустился перед ним на колени. Вся грудь у него была залита кровью. Ронин оторвал длинный лоскут от рубашки друга и приложил его к ране. Белая ткань мгновенно стала алой. Ронин вытащил кинжал из раны. Рукоятка была украшена драгоценными камнями.

Ниррен был еще в сознании. Ронин подумал, что сейчас чондрин спросит его об открытии колдуна, но он спросил о другом:

— Что с Г'фандом? Ты знаешь?

Ронин болезненно сжался, в глазах отразилась боль.

— Я его взял с собой. Я думал, что он мне поможет... он умел читать знаки.

— И он помог? — дыхание Ниррена уже становилось сбивчивым.

— Да, — твердо ответил Ронин, глядя ему в глаза. — Его убили. Он...

Ниррена пробила дрожь. Лоскут от рубашки, которым Ронин зажимал ему рану, пропитался кровью. Ниррен с силой вцепился Ронину в руку. Глаза его переполнились неизъяснимой грустью.

— "Грызун", — с трудом выдавил чондрин. — Теперь я уверен... кинжал... иди Наверх... потом...

Его голова упала, и Ронин поддержал ее.

— В последний раз... иди Наве...

Он попробовал рассмеяться, но поперхнулся кровью. Взгляд его медленно угасал. Глаза стали как камень — застывшие, непроницаемые.

— Подумать только... команда... какая команда.

Он закрыл глаза, как будто устал и хотел заснуть.

— Все кончено, Ронин... прости...

Изо рта его хлынула кровь.

Все выше и выше... Непроглядная тьма проносилась мимо, гул, доносящийся снизу, становился все тише. Как будто ветер гудел у него в ушах, а в голове, точно эхо, звучал прощальный вздох Ниррена: все кончено. Да, это правда — все кончено. Мир обрушился у него на глазах, и он остался один, в темноте, и какая-то неведомая сила уносит его в неизвестность. «Иди Наверх», — наказал ему Ниррен. И он сделает это. Ронин чувствовал, как в груди у него бушует пламя. Жгучая ненависть, распаленная ужасными событиями последних дней. Ниррена, конечно, убил «грызун», потому что чондрин следил за ним и подобрался уже совсем близко. Ближе, чем думал он сам.

Ронин несся Наверх — сквозь Фригольд. Ему было нечем дышать. Выше, еще выше... Взгляд случайно упал на руки.