Когда последние воины встали у стен, Алтанар поднялся на ноги. Снова зазвучала музыка. Шестеро преклонили колени.
Когда наступила тишина, Алтанар распростер руки. Низким напряженным голосом он произнес:
— Предводители Олы! Вы думали, что вызваны мной, чтобы принять участие в празднике по поводу захвата пленников из такой далекой страны, что мы даже не слыхали о ней. Но только король знает, что должно свершиться и что не должно. Вы были созваны на пир. Алтанару не нужны пленники. Ему нужны подданные.
Он хлопнул в ладоши, и воин, несший «вайп», вышел из строя и подбежал к возвышению. Преклонив колени и нагнув голову, он подал оружие на вытянутых руках. Алтанар шагнул вперед и взял его. Воин вернулся на свое место.
Алтанар поднял оружие над головой.
— Почему король пригласил всех своих подданных взглянуть на этих шестерых? К тому же трое из них женщины, даже не целительницы, даже не принадлежащие к Церкви. Разве Алтанар оскорбит вас такой жалкой причиной для пира?
На этот раз зазвучали голоса, сначала криками: «Нет!», потом возгласами: «Слава Алтанару!»
Послышался еще один голос:
— Зачем мы здесь, король? Веди нас: мы повинуемся!
Отдельные выкрики слились в приветствие, Алтанар буквально купался в нарастающем шуме. Как только гул начал стихать, он жестом потребовал тишины.
Алтанар знаком приказал Фолконеру встать. Когда тот поднялся, он помахал рукой, подзывая его к себе, и весь зал застыл, увидев, как Фолконер шагнул к трону. Это позволялось только в особых, очень редких случаях. Реакцией было ошеломленное молчание.
Фолконер принял оружие с почтительным поклоном, встав справа и чуть впереди от Алтанара. Открыв оружие, он осмотрел его и захлопнул. Металлический звук эхом раскатился в тишине.
Алтанар произнес:
— Вы еще увидите силу, которую эти новые союзники вложат в руки вашего короля, и с ее помощью он принесет вам богатство и власть, какие вам и не снились. Посмотрите в будущее!
Фолконер ждал, пока под барабанный бой войдет еще один отряд королевской охраны. Первые воины несли доски двухдюймовой толщины, фута три в длину. Вторая группа сгибалась под весом большой керамической урны на подставке, напоминающей приземистый стол с ручками; внутри урны плескалась вода. Остальные несли еще доски. За пару минут они обвязали урну досками, создав вокруг нее настоящую стену. Закончив работу, солдаты оттеснили толпу, очистив место вокруг странной конструкции.
Медленно подняв оружие, Фолконер выстрелил три раза подряд. Щепки, брызги воды, куски обожженной глины, все полетело в разные стороны. Доска, в которую он целился, разорвала веревки и бешено крутилась на месте, прежде чем упасть на землю. Остальные жалко обвисли на веревках. Грохот прокатился от стены к стене и обратно.
Зал буквально взорвался. Люди давили друг друга в попытках добраться до двери. Приветствия сменились воплями. Охрана — и постоянно дежурившая в зале, и личная гвардия Алтанара — кричала и ударами мечей плашмя призывала к порядку. Король, покатываясь от хохота, дал музыкантам сигнал, знакомый ритм начал понемногу успокаивать перепуганную толпу. Зрелище солдат, прокладывающих дорогу рабам с корзинами яств, восстановило окончательное спокойствие.
Лекари проскользнули в дверь вслед за рабами, чтобы позаботиться о раненых, некоторые из них все еще неподвижно лежали на полу. Новый отряд рабов погрузил пострадавших на носилки и унес из зала.
Протянув руки к аудитории, Алтанар потребовал внимания. Когда восстановилась тишина, он сказал:
— Эти люди будут стражами короля. Они будут жить с нами и пользоваться высшим уважением. Женщины приравниваются к целительницам, они священны, как священны возвысившиеся через Церковь. Празднуйте! Мы победим!
Все еще улыбаясь собравшимся, Алтанар тихо сказал Фолконеру:
— Охранник приведет тебя ко мне. |