Изменить размер шрифта - +
Ожидай с остальными.
Поклонившись, Фолконер присоединился к своим товарищам. Леклерк улыбался.
— Это встряхнуло их, полковник. Вы бы видели Алтанара. Хоть он и знал, чего ждать, все равно чуть не выскочил из этого своего шутовского наряда.
— Было бы лучше устроить другую демонстрацию силы, — сказал Фолконер. — Простая огневая мощь не очень наглядна. Когда-нибудь у нас кончатся патроны, и тратить их для потехи — настоящее расточительство. Мы не можем себе этого позволить.
— Но у нас нет выбора, — сказал Конвей. — Он здесь главный, вы же сами говорили.
— Нам необходимо, насколько это возможно, улучшить свое положение, — сказала Анспач. — С этим я согласна. Но постоянно надо помнить, на каких мы здесь правах, и слишком не давить. Особенно нам не достает знания языка.
— Ну уж в этом-то мы преуспели. Особенно ты.
— Это единственное, что нам остается. — Выражение лица Картер было таким же горьким, как и ее слова. — Вы стражи. Мы женщины.
— Он ведь сказал, что вы так же важны, — произнес Фолконер.
— Но он не сказал равны, не так ли? И нам не представили ни одну женщину этой так называемой цивилизации. Они здесь торгуют женщинами, полковник.
— Я знаю. Не нападайте на меня, Картер. И на них тоже. Мы моментально можем скатиться из князи в грязи. Вам станет от этого легче?
До того как она успела ответить, к Фолконеру подошел воин из охраны Алтанара. На его стальном нагруднике было выгравировано изображение медведя — знак офицера. Он широко ухмыльнулся:
— Король призывает. Капитан охраны. Найти тебя. — Он говорил очень медленно, явно не готовый к возвышению своих бывших пленников.
Фолконер ответил:
— Я рад, Итал. Ты хороший солдат.
Они проследовали через боковую дверь, за которой ожидал раб с факелом, готовый освещать им путь, и вышли на крытую наружную дорожку. Дворец Алтанара остался в пятидесяти футах позади, его верхние этажи темнели над освещенной факелами стеной. Недостаток света придавал ему мрачный подозрительный вид, а пара светящихся окон, казалось, злобно смотрит в темноту. Охрана у тяжелых ворот из дерева и железа пропустила их через маленькую дверцу, предназначенную для пеших посетителей. Пройдя весь тоннель, пронизывающий стену насквозь, они оказались у других ворот. Каменный потолок над головой прорезали щели бойниц. Если бы нападавшие прорвались через главные ворота, тут их поджидало препятствие еще потруднее и лучники прямо над головой. Вход превращался в смертельную ловушку.
Миновав вторые ворота, каждый невольно выпрямлялся во весь рост, замедляя шаг.
Устройство дворца напоминало крепость в горах, только намного больше. Нижняя стена была добрых двадцать футов в высоту, и на ней не было никаких неровностей, что исключало саму мысль взобраться по ней. Как и крепость, дворец был предназначен для обороны, с бойницами для лучников в верхней и нижней частях стены. Охранники провели их через еще одну дверь, шести футов в ширину, сделанную из десятидюймовых кедровых досок. На ней было вырезано изображение лосося.
Конвей указал на него, когда они проходили мимо.
— Кто-нибудь еще заметил, насколько их искусство напоминает искусство древних индейцев, живших в этих местах?
Вопрос был скорее риторическим. Анспач сказала только, что она ничего не знает об индейском искусстве. Бернхард мельком взглянула в ту сторону, пробормотав что-то о повсеместной дикости. Леклерк поинтересовался, не было ли это последствием попытки восстановить прошлую культуру. Презрительно фыркнув, Картер заявила, тупое подражание — это лучшее, чего можно ожидать от варваров.
Внутри их ожидал еще один раб. На нем был халат со знаками принадлежности королевскому хозяйству: желтый шерстяной мешок от шеи до лодыжек, с длинными рукавами. Он показал на их ноги, покачав при этом головой.
Быстрый переход