А после средь собравшихся начались пересуды, где даже те, кого я видел раз в жизни, или вовсе не встречал, оказывались знатоками меня и моих дел. Тут всплыл и воздушный шар и пароход, о котором многие слышали, но не придавали большого значения, как это в России бывает с техническими новшествами. Тут же больше ценятся пикантные подробности. Так что и в этом направлении люди начали фантазировать. Главный вопрос — это почему Вяземский, к слову так же приехавший на бал, отдал свою дочь за меня. Главное — это большое приданное Екатерины Андреевны, супруги моей. Невежды. У меня у самого уже больше финансовых возможностей, чем пять таких преданных.

Ну а происхождение… Прав, и еще раз прав, Безбородко. Служба в армии поповича обществом воспринимается, как подвиг.

Что касается Суворова, то он почудил немного, не без этого. Не был бы он самим собой. При встрече с императором заявил:

— Вот, ваше величество, вчера в имении своем пел басом, а нынче думаю: а петь ли мне с Марсом [Суворов имел в виду древнеримского бога войны].

Мало того, появившись при дворе, Александр Васильевич начал чудачить. Вначале он поинтересовался у одного генерала, не скользко или ему на паркете воевать. После поклонился встреченному истопнику. Все сопровождающие были шокированы, а Суворов лишь пожал плечами, да сказал, что сегодня все может быть, а вдруг истопник графом станет [реальные исторические анекдоты].

Это не прибавляло популярности Суворову в глазах Павла, император мог затаить обиду. Правда, и фельдмаршал выказал должное, был почтителен с императором, воздавал восхищение Анне Лопухиной.

— Ваше величество! — эмоционально воскликнул Суворов, когда в очередной раз общался с императором в оранжереи Зимнего дворца. — Мы в раю? Я был уверен, что все русские правители попадают в рай. Благодарю, ваше величество, что взяли меня с собой.

Павел Петрович тогда не понял, что имел в виду старик. А когда Александр Васильевич сказал, что увидел ангела, который может существовать только в райских кущах, указывая на прогуливавшуюся в другом конце оранжереи Анну Лопухину, все, император был готов записать Суворова в свои ближние.

Так что поговорить с императором об условиях будущей военной компании Суворову удалось, как, по его словам, и взять в свою зону ответственности только Италию. Меня смущает только одна формулировка, на которой настаивали австрийцы. По их требованию, действия Суворова должны согласовываться с тем, как действует Михаэль Фридрих фон Мелас, командующий австрийскими войсками.

Оно-то и правильно. Без согласования с союзниками воевать нельзя. Однако, под эту формулировку могут подвести многие запросы из Вены, создающие Суворову проблемы. К примеру, получит пилюлей фон Мелас в Швейцарии, и ничего запрещающего указать Суворову идти туда и выручать союзника не будет. Никакой бумажки нет, или даже честного слова, что подобное не произойдет. Однако, думаю, что от безрассудных приказов из Вены русская армия, если и не будет полностью защищена, то возникнет немало проволочек и необходимых согласований, может, и на высшем уровне, чтобы изменить русскому корпусу ранее заявленную задачу.

— А почему мы не танцуем? -спросила Катя, глядя, как другие пары выписывают на паркете мазурку.

Вот, чего не хочу, так это танцевать всякие мазурки. Но, что делать? Приходится. И пусть танцор из меня так себе, но основные движения заучить пришлось. Учитель танцев брал за свои уроки в три раза больше денег, чем самый дорогой учитель фехтования. Куда это годится! Но, будет сожалеть о деньгах, чай не бедствуем.

— Я так рада за вас, — нежный тоненький голосок чуть мазнул по моему уху, и я обратил внимание, что рядом, словно мышка, подкралась Аннушка Лопухина.