Молодого секретаря, на хрупкие плечи которого свалили много работы генерал-прокурора, пытаются продавливать. Между тем, работа сената налажена системно, прошения рассматриваются до десяти дней с обязательным ответом. Это позволяет истцам приехать с иском и просто несколько дней подождать. Как по мне, сенат нынче — самый эффективный государственный институт, не испорченный даже реформой Павла. И как менять в таком случае генерал-прокурора? Вот и я о том же, что хорошая работа — это скрепа, чтобы не пасть под гнётом интриг.

Доклад государю был готов. А в нём графики, сравнения по принципу «до и после», таблицы. Если даже и не было бы результата, то такая подача информации не оставляла шанса, кроме как признавать проект успешным и рекомендовать к внедрению по всей Российской империи. Бумаги уже были посланы императору организованной им же фельдъегерской службой.

Если Петербург радовал своими мостовыми, то дорога в Царское село была явно нецарской. Павел Петрович не любил Екатерининский дворец. Как следствие, денег на поддержание, как дворца, так и дороги к нему, почти не отпускалось. Желание императора предать забвению всё наследие «бабского несправедливого» периода правления было с явным перегибом, и обществом принималось негативно. Тем более, когда огромные средства, при всё ещё имеющейся дыре в бюджете, выделялись на строительство новой императорской резиденции Михайловского замка.

Нет, как я уже говорил, никакого противления строительству я не выказываю, напротив, пусть отстраивается Петербург и не только. Но нужен же хоть какой-то рационализм. Ну, зачем строить новые очень дорогостоящие дворцы, если уже есть очень даже качественные императорские резиденции? Вот оно вольнодумство! Вы, господа, предлагайте финансовую реформу, чтобы по волшебному дуновению всё было хорошо, а я с десяток миллионов или больше потрачу на ненужное.

Весь Петербург судачил, почему именно государь отправился в Царское Село. Злые, впрочем, как и все остальные, языки пришли к выводу, что всему виной не самая завидная прелестница двора Анна Петровна Лопухина. Не красавица, но ставшая фавориткой императора, потеснив с этого поста Нелидову, она приобретала всё большую власть, которой не пользовалась, лишь «стреляя невинными глазками», но пользовались властью любовницы Павла Петровича другие. Начинался бурный роман императора с этой девицей, вот и упросила фаворитка пожить в роскошном дворце. Ну, а следом поехала вся императорская семья. Сюда же поспешили и многие вельможи.

Соседство фаворитки и императорской семьи государя никоем образом не смущало. Император Павел повсюду брал с собой официального наследника Александра Павловича, наставничая сыну и оправдывая перед ним те или иные решения. Мария Фёдоровна, супруга, также отправилась вслед за мужем и всем своим видом пыталась демонстрировать, что её вовсе не интересуют любовные увлечения супруга.

Что значит, если у вас назначена аудиенция у императора? Ничего! Есть вероятность, что она так и не состоится. А можно приехать с самого утра и день бесцельно шататься по Екатерининскому парку, ожидая, пока тебя позовут. Парк красивый, ничего не скажешь, и озеро приятное, лодочки плавают, памятники русским победам по берегу расставлены, вековые дубы создают тень, а кусты неплохо маскируют парочки, которые стремятся уединиться. Вот только не созерцать красоты я сюда приехал.

— Вот вы где, Михаил Михайлович, — обратился ко мне Аракчеев, когда я гулял по берегу озера.

Генерал-майора, ожидающего следующего внеочередного назначения, я увидел, ещё когда он ходил по Царскосельскому парку. Аракчеев слишком прямой человек, и его эмоции, как и намерения, читаются вполне легко. Он кого-то искал. О том, что я был объектом поисков Алексея Андреевича, стало известно, когда я «нечаянно» попался ему на глаза.