Однако, рецепт знаменитого Вологодского масла с ореховым привкусом, я в целом знал. Да и сохранность этого продукта будет повыше, чем у простого сливочного масла. Это достигается процессом, которые с некоторыми условностями можно назвать пастеризацией. Вот из-за нагревания масла и появляется ореховый привкус. Это почти топленое масло.

В иной реальности в следующем веке Российская империя только на одном сыре чеддере зарабатывала до сорока тысяч рублей в год. Продажа Вологодского масла приносила прибыли в разы больше. Так что молочная продукция — это рискованный бизнес, однако, может быть очень прибыльным. И в этом направлении мы только начинаем работать.

Я уже говорил с Захаром Ложкарем на счет того, что одним из важнейших направлений деятельности Военторга должна быть доставка коров сыроделов из Романьи, что чуть южнее Северной Италии. Уж не знаю, будет ли продаваться в России пармезан, который изготавливают в тех краях, но кроме твердых сортов, там есть мастера и по другим видам сыров.

— Думаю, что мы уже не успеем съездить и посмотреть, как выжимают подсолнечное масло, потому как можно уже ехать на пикник, — сказал я.

На следующий день свожу дам в том числе и на маленькую фабрику по производству макарон, отобедаем там.

Да, я решил пойти и таким путем, создать макаронно-лапшевую промышленность. При этом, рассчитываю сильно увеличить число работников итальянцами. Пока же то, что есть — это не фабрика, а лишь небольшой цех, в котором делается лапша и после сушится в специальной печи. Объемы небольшие. Получается не так, чтобы плохо, но сейчас я уже вижу перспективу, госзаказы. Для армии макароны с тушенкой — классика, уступающая только гречке и бигусу… Хотя, нет, бигус — это сильно позднее изобретение, которое не факт, что должно появиться раньше.

Красивая резная беседка, из которой открываются чудесные виды на Северский Донец и заводи на противоположном берегу. Механическая мастерская сделала не только большой мангал, но и коптильню. И уже оттуда идут умопомрачительные ароматы шашлыка и копченного мяса.

Дамы, которых все больше увлекал разговором Захар, пригласили и Липского, как вроде бы шляхтича. Все было хорошо и приятно, кроме двух вещей, нет, трех.

Первое — это комары. Здесь их не так, чтобы сильно много, севернее этих тварей поболе будет, но неприятно. Вторая причина — это то, что не оказалось музыки. Вечер прямо-таки сам пел песни, музыка напрашивалась. Но Эта проблема частично решилась. Я призвал даму сердца своего слуги Никифора, по совместительству и мою служанку Просковью, и вот она спела. Голосище! А как душевно прозвучали романсы! Катенька даже прослезилась.

И вот третья проблема связана как раз с Катей или с моими «тараканами» в голове. Я испытал ревность. Даже в прошлой жизни столь ярко подобное чувство меня не посещало, а здесь — на тебе. Катя почти на меня не смотрела, крайне мало общалась, однако, с Захаром, которого я также пригласил на посиделки, щебетала открыто и непринужденно. Это я уже потом понял, что со мной ей было стеснительно говорить, а так как девушка она общительная и коммуникабельная, то нашла, с кем наговориться.

Мясо было божественным. Не скажу, что таких шашлыков в жизни не ел, но они где-то в первой десятке. Понимая, что дам одним мясом кормить — моветон, а были также волованы с разными начинками, как и всевозможные сладости и пирожные.

Кульминацией вечера был небольшой салют. На противоположном берегу Северского Донца с самого начала вечера кормили комаров пятеро бойцов. Они и запустили десять ракет разорвавшихся разноцветными огнями.