Мы поскакали дальше на восток, спустившись с холма в лесистую местность, и последовали по заросшей травой тропе погонщиков. Я не отправлял вперед лазутчиков, полагая, что у людей Рагналла недостаточно лошадей, чтобы выслать против нас большой отряд, и мы не увидели врагов, даже когда повернули на север и въехали на пастбище, где до этого заметили всадников.

— Они нас избегают, — разочарованно произнес Ситрик.

— А ты бы не стал?

— Чем больше он убьет, тем меньше нас останется на стенах Честера.

Я пропустил мимо ушей этот глупый ответ. Рагналл не собирался терять своих воинов под стенами Честера, пока не собирался. Что же он задумал? Я озадаченно оглянулся. Утро выдалось сухим, по крайней мере без дождя, хотя воздух был влажным и дул холодный ветер, однако ночью прошел сильный дождь и земля размокла, но я не увидел следов от копыт на тропе погонщиков. Если Рагналл нуждается в лошадях и пище, он бы стал искать более богатые усадьбы дальше на юге, в глубине Мерсии, но похоже, он никого туда не отправил. Возможно, я не заметил следы, но сомневался в том, что пропустил что-то очевидное. И Рагналл не был глупцом. Он знал, что к нам должно подойти подкрепление с юга, и все же не посылал отряды на поиски новых врагов.

Почему?

Потому что, подумал я, его не заботило наше подкрепление. Я смотрел на север, не видя ничего, кроме густого леса и заболоченных полей, и размышлял над тем, чего же удалось добиться Рагналлу. Он уничтожил наш небольшой флот, тем самым лишив легкой переправы через Мерз, теперь пришлось бы ехать дальше на восток, чтобы отыскать неохраняемый брод. Он строил крепость на Эдс-Байриге, твердыню, что оставалась неуязвимой, пока у нас не наберется достаточно сил, чтобы подавить его армию числом. Для укрепления Эдс-Байрига существовала одна причина — угроза Честеру. Но Рагналл не высылал дозоры к городу, как не пытался помешать подойти подкреплению.

— В Эдс-Байриге есть вода? — спросил я Ситрика.

— К юго-востоку от холма есть источник, — с сомнением произнес он, — но это всего лишь ручеек. Его не хватит для всего войска.

— Рагналл недостаточно силен, чтобы напасть на Честер, — размышлял я вслух, — и ему известно, что мы не станем терять воинов на стенах Эдс-Байрига.

— Он просто хочет сразиться! — презрительно заявил Ситрик.

— Нет, — ответил я, — не хочет. Только не с нами. 
У меня возникла мысль. Я не мог выразить ее вслух, поскольку еще и сам до конца не осознал, но я понял, что делает Рагналл. Эдс-Байриг был обманкой, думал я, и мы не враги, пока не враги. Мы станем ими со временем, но не сейчас. Я повернулся к Ситрику.

— Отведи людей обратно в Честер, — приказал я. — Вернись той же тропой, что мы пришли. Пусть ублюдки тебя увидят. И вели Финану стеречь завтра лес до самого края.

— Господин? — переспросил он.

— Скажи Финану, что отряд должен быть большим. Не меньше полутора сотен! Пусть Рагналл их увидит! Передай ему, пусть разъезжает от дороги до реки, заставьте Рагналла думать, что мы планируем напасть с запада.

— Напасть с... — начал было он.

— Просто выполняй, — огрызнулся я. — Берг! Поедешь со мной!

Рагналл лишил нас переправы и пытался приковать все наше внимание к Эдс-Байригу. Он вел себя осторожно — отстраивал огромную крепость и намеренно не провоцировал нас, высылая отряды на юг. Однако всё, что я знал о Рагналле, говорило, что он был кем угодно, но только не человеком осторожным. Он был воином. Действовал быстро, бил нещадно и звал себя королем.