Это понятно, я помнил, как отец наказывал комендантов планет, на которых вспыхивали бунты, в результате которых уничтожалась промышленная техника или повреждались критически важные объекты. На пленников ему было плевать, а вот финансовые потери отца очень раздражали…

Вот только Грилл, сволочь такая, поставил нас в крайне уязвимое положение: восставших нельзя было пропустить к космопорту, но при этом нельзя было уничтожать захваченную ими технику. И что мне делать, если они попытаются прорваться? Уговорить их вернуться назад? Заболтать, пока не прибудут панцирники?

Когда до «АЦ-17» осталось около трех километров, я остановил свою машину.

Малок и Ксанья тоже встали.

Что ж, очень надеюсь, что панцирники прибудут быстро, иначе я окажусь перед очень неприятным и сложным выбором…

* * *

Я напряженно вглядывался в экран радара, силясь понять, что происходит.

— Воитель Лэнгрин, — тихий и спокойный голос Ксаньи отвлек меня от размышлений.

— Слушаю Вас, воитель Ксанья.

— Наблюдаю несколько объектов на радаре.

— Да, я тоже.

— Подозреваю, что нам лучше вызвать подмогу… — заявила Ксанья.

Я нахмурился. О чем это она? Да, появилось несколько объектов, которые двигаются в нашу сторону, но что там может быть такого, из-за чего нам нужно вызывать подмогу? В добывающем комплексе не могло быть никакой боевой техники, только гусеничные и колесные машины для доставки руды.

Хотя очень часто в шахтах используют специализированных мехов: одни бурят новые шахты и проходы, а другие с помощью лазерных установок добывают руду.

Судя по показаниям моего радара, в нашу сторону как раз и двигались такие машины. Но что с того? У нас ведь боевые мехи, а на шахтерских машинах вооружения вообще нет.

Именно эти свои мысли я изложил Ксанье.

— Согласна с Вами, — заявила она, — один на один такие машины нам не противники, но я наблюдаю минимум девять отметок на радаре.

— И что?

У Ксаньи была привычка не отвечать на вопрос прямо, а намеками подводить собеседника к тому, чтобы он сам понял ответ. Это очень раздражало многих, но заставить Ксанью изъясняться иначе не получалось. Что касается меня — моя мать говорила так же, так что обычно я не обращал на это внимание. Но сейчас, когда вот–вот может начаться бой…

— Откройте информаторий и посмотрите характеристики «рудокопа», — предложила она мне.

Я не стал спорить и сделал, что она просила, хотя уже начал закипать.

Ну и что такого? Мех как мех: два спаренных высокомощных лазера для добычи руды, лапы-щиты, чтобы защитить мех от повреждений.

— Открыл, посмотрел, — заявил я в гарнитуру.

— Посмотрите характеристики лазеров, — предложила Ксанья.

Я уже откровенно терял терпение. Ну что за идиотская привычка?

Я быстро пробежал глазами таблицу с характеристиками.

— Высокомощные, эффективная дальность семь метров, — прочитал я наиболее важные, как по мне, параметры.

— Если снять ограничители и «доработать» фокусирующие лазеры, — заявила Ксанья, — мощность лазеров упадет приблизительно в два раза. Но дистанция увеличится до двухсот метров…

Ну и что? Что тут такого? Все равно такой мех не будет представлять для нас опасности.

Я открыл было рот, чтобы заявить ей это, и тут же его закрыл, так как взгляд мой упал на экран радара. До меня дошло, что она имеет в виду.

Один такой мех действительно не представляет для нас опасности, но девять… А если вспомнить, что управляют ими не обычные работяги, а пленные воители…

— Черт подери! — прорычал я.