– Он – идеалист, – сообщил Падре Фою.

Падре нравилось обзывать Тира идеалистом.

– В Лонгви бы его поняли, – согласился Фой. – У нас много таких.

Насыщенный оказался выходной. Обмен опытом – де Трие тоже было, что показать старогвардейцам – уточнение сходств и различий в методах работы, ориентирование вслепую, полеты в группе… Мал даже слегка пожалел молодого лонгвийца, которому в родном городе не с кем было летать, кроме самого барона. А у барона хватало других дел.

Как и у императора, между прочим.

Шпильку насчет императора подпустил, разумеется, Тир. Не удержался.

– Моя вина, – согласился Эрик, – угораздило же в императоры угодить. Больше этого не повторится.

Старогвардейское шестое чувство – еще одна тема для обсуждения. Пресловутая интуиция, развитая до такой степени, что превратилась в надежное и сверхъестественное чутье. Достигнув соглашения по этому поводу, Тир фон Рауб и Фой де Трие сцепились не друг с другом, а вдвоем – со всеми остальными. Включая Эрика. Интуиция постепенно развивалась – с этим не спорил никто. Но Тир утверждал, что на процесс развития можно и нужно влиять, и Фой поддержал его, ссылаясь на опыт Мечников.

– Мечники – не показатель, – возразил Эрик в завершение долгой и острой дискуссии, прерывающейся время от времени короткими воздушными боями.

– А кто тогда показатель?! – взвился Фой. – Кроме нас, они – единственные мастера‑бойцы. У них огромный опыт…

– Ты из Лонгви, пилот, – с непонятной усмешкой произнес Эрик. – Извини, но вы там все, как наш Суслик. Верите в лучшее.

Фой бросил взгляд на Тира. И стало ясно, что парня пора поддержать.

– Он привез методики тренировок Мечников, – сообщил Тир. – Отдал мне. Я подумаю, как их можно использовать.

Риттер присвистнул.

Эрик поднял брови и очень задумчиво взглянул на де Трие. А тот пожал плечами:

– Там нет ничего секретного. То есть ничего, что нужно скрывать от Мастеров. Мы все должны сотрудничать, когда есть такая возможность.

– О да. Безусловно. Так, господа старогвардейцы, вы свободны. Фой, рад был познакомиться, кланяйся от меня барону де Лонгви. Суслик, через час будь в замке.

Ну вот. Всегда так. Все – свободны, а Суслик – в замок. В замке то ли вздрючат, то ли похвалят, а за что – в любом случае непонятно.

– Чего еще он хотел? – без обиняков и предисловий спросил Эрик. – Зачем прилетел сюда?

– В основном, чтобы познакомиться. Интересовался моделированием боевых ситуаций… По поводу переучивания пилотов на новые скорости вопросы возникли. У нас методы разные. В Лонгви тренажеры, а мы тут – в реальных условиях.

– Моделирование боевых ситуаций? Почему он к тебе с этим явился?

– А к кому?

– Суслик, это – теория, а специалистов‑теоретиков гораздо больше в Лонгви. Ты не понял, да? – Эрик набивал трубку и не смотрел на Тира. – Он же не самородок. Он – научился летать. Вас всех я нашел, вы все действительно такими родились, а де Трие – обученный Мастер. Кто его научил?

– Лонгвиец?

– Не только. Еще и ты. Поэтому он пришел к тебе с вопросами, поэтому он тебе в рот заглядывает и каждое слово ловит. Он с тобой даже спорит не так, как с остальными. И если он прав насчет Мечников… точнее, если Лонгвиец прав насчет Мечников, потому что Фой явно повторяет за ним, то получается, что летать можно научиться.

– А кто и когда утверждал обратное?

– Все утверждали.