Винсент отвернулся, сдерживая смех. Мэгги была непредсказуемой девчонкой. Никто никогда не знал, что ожидать от нее. Их отец говорил, что она иногда рассуждает, как древняя старуха.

Однако Лоретт все это совсем не показалось забавным, и она взглянула на свою младшую сестру строго и осуждающе. Она считала, что временами Мэгги становилась слишком дерзкой и что она видит и слышит слишком много для ее возраста. Но Лоретт ничего не сказала. Она подошла к шкафу для верхней одежды и убрала туда свои вещи. Затем из шкафчика над раковиной достала чашку с блюдцем и села за стол рядом с Винсентом. Сняв с чайника чехол, попробовала, горяч ли он, и налила себе чаю, добавив молока и сахара.

Все это время Винсент наблюдал за ней с выражением нежности на лице. Его беспокоила судьба Лоретт. Около года назад она вышла замуж за их кузена Джимми, но брак оказался неудачным. Три месяца назад она вернулась домой, и Винсент вздохнул с облегчением. Он знал, что их союз был обречен с самого начала, и никогда не находил времени для кузена, которого считал мокрой тряпкой.

Лоретт отличалась мягким и добрым характером и была ненамного моложе Винсента – ей было двадцать два. Они всегда были очень дружны. У нее была приятная внешность – светлые волнистые волосы, тонкие черты лица и серые с поволокой глаза, взгляд которых казался загадочным и как бы исходящим из самой души. Высокая и стройная, она сложением несколько напоминала брата, но по-настоящему похожа на него была маленькая Мэгги с ее по-цыгански черными волосами, треугольником выступающими над лбом, и большими зелеными глазами – точной копией его глаз. Олив, средняя сестра, внешне больше походила на Лоретт, но у нее тоже были темные волосы, и она унаследовала от матери светло-голубые глаза. Олив, которой было двадцать лет, вышла замуж в восемнадцатилетнем возрасте за дружка своего детства Хэла и теперь жила с ним по соседству.

Мэгги подошла к сидящим за кухонным столом Винсенту и Лоретт.

Встав рядом со своим любимым братом, она положила одну руку ему на плечо, а другой швырнула на стол пачку „Вудбинса" вместе с мелочью.

– Вот твои сигареты, дорогой наш Винсент. И не вздумай выкурить их все сразу. Потому что еще раз я на улицу не пойду. Кто бы меня об этом не попросил. Даже ты. Вот так. – Плюхнувшись рядом с Винсентом на стул, она добавила, бросив на него вызывающий взгляд: – Если хочешь знать, мне надоело быть для каждого в этом доме девочкой на побегушках.

Откинув назад голову, он громко воскликнул:

– Какая же ты сегодня непокладистая! А за сигареты спасибо, малышка.

– Просто не могу поверить, что все куда-то ушли… в такую жуткую погоду… на улице убийственный холод, Винсент, – сказала Лоретт. – Куда они могли пойти?

– Папа в парикмахерскую постричься. Фрэнк, неутомимый наездник, в конюшни Хардкасла, помогает тренировать лошадей. А ученый Билл в библиотеку возвращать книги.

– Понятно. – Лоретт отпила чай из чашки и после короткой паузы спросила: – Олив не заходила сегодня утром?

– Нет, еще не заходила.

– Я рада, что мы с ней не разминулись. Мы сегодня собирались пойти на вечер старинных танцев, и мне нужно с ней договориться. – Лоретт помолчала и улыбнулась брату от внезапно пришедшей ей в голову мысли: – А ты бы не хотел пойти с нами, Винсент?

– Я бы хотела! – очень серьезно воскликнула Мэгги, переводя взгляд на сестру. – Разреши мне пойти с тобой и Олив, Лоретт. Пожалуйста.

– Нет, нельзя, ты еще маленькая, – отрезала Лоретт. – Ну как, Винсент, что ты думаешь?

Он покачал головой.

– Нет. Хотя за приглашение спасибо.

– Но почему же нет? – настаивала Лоретт.