— Ты, Волк? — пробурчал он. — Мне ща каюк придёт, я бы пива дерябнул. Но не осталось.

— После китайского спирта ты как ещё живой? Сколько ты вообще пьёшь?

— Долго, — он махнул рукой. — Как приехал, вот и пью.

— Пошли, позавтракаем, у тебя всё равно все мыши повесились. Кто это был?

— Не узнал? — Женя посмотрел на меня и прикрыл красные глаза рукой от солнца. — Фрол это. На работу меня звал. Охранником. Знаю я, какие у него охранники, кхе!

— Не пошёл? — спросил я.

— Нахрена мне это? Да и ты же чё-то предлагал.

Он с трудом поднялся, подошёл к железной бочке, которая стояла под сливом для дождевой воды, и сполоснул лицо, разбрызгивая во все стороны капли.

Фрол, Фрол… Фролов Виктор, вспомнил. Это бригадир с пивзавода, когда-то самая отмороженная банда в городе. Банд здесь достаточно, от всякой мелочи до крупных.

Когда ещё учился в школе, пивзаводские дрались с мясокомбинатовскими и черёмушкинскими почти каждый день, стрелялись чуть пореже, но тоже было. Как и заказные убийства, кровавые стрелки и всё прочее.

Сейчас тишина… ну как тишина, затишье. На самом деле это никуда не делось, просто обсуждали это не так часто. Да и крупные банды уже поделили между собой всё, что можно. Впрочем, хватало и мелких.

И… да, Женя тогда пошёл на пивзавод. Ещё бы, людей с боевым опытом, которые умеют обращаться с оружием, берут охотно, раз сами за ним приезжали. К чему-то готовятся?

Но неужели одного нашего ночного разговора хватило? Вряд ли, это только первый шажог. Если Женя что-то помнит, то просто доверился мне. Теперь надо его не упустить и следить, чтобы не сорвался. Так, шаг за шагом, у нас всё и получится.

Ведь можно поменять многое.

— Ты же говорил, — он встряхнул головой. — Ты же говорил, с работой поможешь. Я всё равно дома сижу, никуда не берут… только Фрол зовёт. Надоело. И бабки кончаются.

— Да, без проблем помогу. Пошли.

Дед Боря и Кирилл на Женю посмотрели с удивлением. Вряд ли они видели его трезвым в последнее время. Кирилл принёс ещё одну табуретку, мы уселись завтракать.

Завтрак и обед сразу — молоко, зелёный лук, хлеб, редис, Рама, дед ещё достал банку малинового варенья. И главное блюдо — жареная картошка без лука, посыпанная свежим укропом.

Посреди стояла огромная бутылка кетчупа из красного пластика с жёлтой крышкой. Сначала подумал, что это Балтимор, который постоянно рекламировали в Городке. Но нет, это Довгань, тот самый, который «отвечал за качество».

— Где столько достал? — спросил я.

— Так Коля-сосед притащил, на яйца поменял, — сказал дед, выдавливая кетчуп себе на тарелку. — Ему же зарплату кетчупом дали, полный шкаф дома стоит. Куда и деть, пока не испортилось, не знает.

— До сих пор кетчупом расплачиваются?

— У них, на молокозаводе вот так. Иногда ещё мороженым или молоком.

Обычно, к этому времени уже почти все предприятия более-менее платили зарплату. Но иногда бывало и так.

Замолчали и ели, только вилки стучали по тарелкам.

— Сегодня суббота, — напомнил дед. — В понедельник надо будет к Кочергину идти на железку.

— Сходим все втроём, — я показал на парней. — Договоримся с ним.

— Я только насчёт тебя разговаривал, — с сомнением сказал он.

— Ничего, разберёмся.