Бык недавно забрал из автосервиса свой побитый «джип» и теперь с большим удовольствием ехал на нем в сторону Зеленого Бора. Что ни говори, но «джип» нравился ему больше, чем «БМВ». Находясь в этой машине, он чувствовал себя намного уверенней и безопасней. В машине, помимо жены, сидел его новый охранник. При выезде из поселка Мирный его «джип» догнала серебристая «восьмерка» и стала прижимать его к обочине.

— Вот, гадина! Что он делает? — выругался про себя Бык. — Сам же на скандал нарывается!

Он подал вправо и стал притормаживать. Остановившись, он вышел на дорогу. Водитель «восьмерки», заметив его маневр, остановился метрах в двадцати и стал приближаться к нему, двигаясь задом. Из «восьмерки» вышел Кореец и в сопровождении двух охранников направился к нему.

— Привет, Наиль, — поздоровался с ним Кореец. — Что-то давно тебя не видно в городе. Сидишь в своей берлоге, словно медведь. Боишься, что пацаны тебе предъявят убийство Купца, или так, дела не дают?

— Ты фильтруй свой базар, Кореец. Ты что шьешь мне Купца? Обоснуй тогда свои претензии, а так гонять порожняки не стоит. Можешь нарваться на большие неприятности. В отношении второй части твоего вопроса поясняю, это не твое дело, где я бываю и что я там делаю. Если у тебя больше вопросов ко мне нет, то я поехал дальше.

Кореец сделал шаг назад и внимательно посмотрел на Быка, словно стараясь его хорошо запомнить.

— Это не я придумал в отношении Купца, сейчас эту тему обсуждают все ребята города. Говорят, что это ты со своими ребятами Купца и братьев Синявских замочил, — сказал Кореец, внимательно наблюдая за реакцией Быка.

Теперь уже Бык отошел от него на шаг.

— Это неправда — сказал он спокойно. — Я Купца хорошо знаю, мы вместе с ним чалились в колонии. Да и зачем мне его убивать? Ты сам, Кореец, подумай. Мы с ним в последнее время практически нигде не пересекались и общих интересов не имели. Мне тоже трещали многие, что это он стрелял в меня на улице Бутлерова. Я даже хотел с ним поговорить на эту тему, а он вдруг взял и пропал.

— Что-то ты темнишь. Наиль. Чего-то явно не договариваешь. Ты же знаешь, что Купец был моим другом, и я хочу выяснить, кто его замочил.

— А ты, Кореец, не батюшка в церкви, чтобы я перед тобой исповедовался, — сказал с вызовом Бык. В эту минуту он почувствовал, что начинает потихоньку заводиться. — Ты вообще-то, кто такой? Почему я должен перед тобой отчитываться, доказывать тебе свою невиновность? Ты думаешь, что если ты здесь оставлен Мартыном смотрящим, ты можешь любого нагнуть и поиметь? Зря ты так считаешь! Я никого не заставляю верить мне, в том числе и тебя. Я сказал, что никакого отношения к исчезновению Купца не имею, значит, не имею, и не надо меня грузить этими делами.

— А я и не гружу. Просто спросил тебя о Купце, а ты сразу в пузырь полез, бьешь себя в грудь.

— Вот что, Кореец. Это не тебе судить, какой я, нормальный или нет, — Бык направился к машине.

— Кстати, Бык! Мартын просил тебе передать, что он забирает у тебя обратно страховую компанию. Она ему сейчас очень нужна.

— А если я не отдам, что он, убьет меня?

— Ты не ошибся. Он просто убьет тебя вместе с твоей женой, — коротко ответил ему Кореец и направился к своей машине. Вслед за ним направились и его охранники.

— Шакалы, — подумал про себя Бык. — Мы еще посмотрим, кто кого убьет.

Заметив у дороги табличку «Зеленый Бор», обозленный стычкой с Корейцем Бык свернул вправо и поехал в сторону спортивного лагеря Казанского химико-технологического института.