— Похоже, какой-то медицинский склад, — подумал Белов.

Из подсобного помещения вышли двое парней в белых медицинских халатах, в руках у них были автоматы Калашникова, которые они направили на ребят.

— Ну что, менты, вот и приехали, — сказал Гнилой. — Всем встать на колени. При попытке дернуться убьем всех на месте. Я вас тогда сразу срисовал на месте и понял, что вы не из пацанов. Кстати, я вчера связывался по телефону с Москвой и Казанью. Мартын с Корейцем мне сказали, что никого они в Ижевск не направляли. Я предлагаю вам скинуть свои стволы, если они у вас есть, и добровольно вытянуть вперед руки. Кто откажется от этой процедуры, тот вытянет ноги.

Ребята посмотрели на Белова, ожидая команды. Белов молча вытянул вперед руки. Гнилой скотчем связал их и направился к другим ребятам, которые последовали примеру Белова. Затем им завязали глаза какими-то грязными и вонючими тряпками и по одному вывели из подвала.

— А теперь по одному в «Газель», — велел Перов. — Предупреждаю, что убью любого из вас, если кто-то дернется.

Когда они все оказались внутри «Газели», за руль «девятки» сел один из товарищей Гнилого. Сам Гнилой сел в «Газель» и что-то скомандовал водителю. Ехали они долго, машину швыряло из стороны в сторону. Судя по тому, что они часто стали переезжать железнодорожные пути, ребята сделали вывод, что их везут на промышленную зону.

— Слышь, ты, придурок, — обратился Белов к Перову. — Если мы сегодня не позвоним Корейцу, завтра у вас начнутся такие головные боли, что я вам не позавидую. Наши ребята порубят вас на куски. Ты понял меня, Гнилой?

— Ты меня не пугай. Мне плевать на вас, в том числе и на вашего Корейца. Для вас завтра уже не будет, — ответил он.

Наконец, «Газель» резко дернулась и, скрипя тормозами, остановилась. Кто-то схватил Белова за воротник куртки и с силой вытянул его наружу. Свежий воздух ударил Белову в лицо, и от этого повязка на его глазах завоняла еще сильнее. Запах, исходящий от тряпки, показался ему знакомым, это был запах оружейного масла. Наряду с ним чуткий нос Белова уловил еще один запах — формалина.

— Неужели эта машина морга? — подумал он. Судя по расположению кресел, «Газель» по всей видимости, использовалась в качестве катафалка. Сильный толчок в спину стволом автомата вернул его к действительности. Он сделал два неуверенных шага вперед и упал на землю, больно ударившись коленями обо что-то твердое.

— Осторожней нельзя? — обратился Белов к неизвестным. — Вы же мне все ноги сломаете.

— А зачем они тебе? — ответил Гнилой и громко засмеялся. — Ты не переживай, мертвые не ходят.

— Ну, у тебя и юмор, Гнилой, — сказал с усмешкой Белов. — Смотри, Гнилой, смеется хорошо тот, кто смеется последним.

— Нет, Белов, ты не прав. Хорошо смеется тот, кто стреляет первым. По-моему, так у вас в Казани говорит лидер «Жилки».

Белов хотел развернуться, но почувствовал, как ему в спину уперся ствол автомата.

— Давай, шевели батонами, — услышал он мужской голос. — Жить тебе, ментяра, осталось совсем немного, от силы каких-нибудь шагов сорок.

Белый, спотыкаясь, побрел вперед.

— Как же так? — думал он про себя. — Вот так просто попасться каким-то лохам. Неужели ребята нас потеряли, и теперь у нас нет никакой надежды выбраться из этой ситуации? А все так красиво начиналось.

— Стоять! — услышал он команду за спиной.