— О, да.

Пен вставила ключ в замок, повернула его, и открыла дверь. Пройдя внутрь, она щёлкнула выключателем.

Включилась лампа рядом с диваном.

На ковре у её ног лежал белый прямоугольный конверт вроде тех, что используют для поздравительных открыток. Она нагнулась. На нём не было ни почтовой марки, ни адреса. Было написано лишь П. КОНУЭЙ большими кривыми буквами.

Подняв конверт, она поняла, что он пуст.

— Кто-то, наверное, подсунул его мне под дверь, — пробормотала она.

— Не нравится мне это, — сказал Боди.

Она перевернула конверт и почувствовала слабость в ногах, когда прочла написанное там сообщение:

Я ПРИШЕЛ, А ТЕБЯ НЕ БЫЛО. СКВЕРНО. В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ПРИДУ, КОГДА ТЫ БУДЕШЬ ДОМА. ДО СКОРОЙ ВСТРЕЧИ.

Глава одиннадцатая

— Дай посмотреть.

Пен передала конверт Боди. Он держал его так, чтобы Мелани тоже могла читать.

— Думаю, тебе нужно возвращаться с нами, — сказала Мелани.

— Да, — пробормотала Пен. — Позвольте взять с собой пару вещей.

Они ожидали её в гостиной.

— Дело набирает серьёзные обороты, — сказала Мелани. — Хочу сказать, не думала, что он может заявиться сюда.

— А меня это не сильно удивило, — сказал Боди. — То, как он говорил, такое по телефону… Мне показалось, он настроен серьёзно.

— Наверное, ей нужно обратиться в полицию.

— Согласен.

Мелани приняла от него конверт и рассмотрела обе стороны, затем открыла его, чтобы убедиться, что он пуст. Обернувшись, она уставилась в то место на ковре, где нашла его Пен. Её плечи поднялись и опустились, когда она глубоко вдохнула, а затем медленно выдохнула, и покачала опущенной головой. — Парень и в самом деле был здесь, — проговорила она усталым голосом. — К счастью, Пен не было дома.

— Я чувствую себя дурой.

Боди положил руку ей на спину. Кожа под блузкой была тёплой. — Не кори себя, — сказал он.

— Я будто нахожусь в эпизоде чёртовой Сумеречной зоны. Сначала папа, теперь это.

— И Пен, которая чуть не погибла сегодня утром, — добавил Боди.

— У меня вылетело это из головы.

— А у меня нет. И если уж зашла речь о Сумеречной зоне, то сюда можно отнести и твои видения. Очень жаль, что ты не можешь вспомнить этот эпизод в больнице.

— Я помню его, — сказала она, обернувшись и посмотрев Боди в глаза. — Я вспомнила его там же, на месте, просто не хотела говорить перед остальными.

— Что это было?

— Потом. Я скажу тебе, когда мы останемся одни.

— Но мы и так одни.

— Здесь Пен.

Боди слышал её в соседней комнате. Шаги. Шум открывавшихся ящиков.

— Она будет здесь через минуту, — сказала Мелани.

— Почему ты не хочешь, чтобы она знала об этом? Это касается её?

— В каком-то смысле.

— Ну же, расскажи, что это такое?

— Нет. Потом. Это только между мной и тобой.

— Хорошо, — пробормотал он. — Потом.

— Не злись на меня.

— Я не злюсь.

— Я вижу, что злишься, — надулась она.

— Ладно. — Выпалил он. — Я нервничаю — очень, очень сильно нервничал и нервничаю, но почему ты говоришь, что я злюсь?

— От болезни чувства мои только обострились, — проговорила Пен с другого конца комнаты. — Они вовсе не ослабели, не притупились.