Сестра привезла с собой письмо от Богдана, что сразу же Яна напрягло. С дядей он почти каждый вечер связывался через служебный модум и поэтому не понимал, зачем было использовать для передачи информации такой устаревший способ. Разве что — документация…

Запечатанный сургучом конверт действительно содержал в себе документы. Точнее, положение о ежегодном турнире, который проводился между учебными заведениями Великих княжеств. В этом году, точнее, уже в начале осени, четвертьфинальный отборочный тур должен был состояться на площадке Кенигсбергского Гимнасия. Яну, Софии и Лизе предлагалось стать представителями Львовского.

Здесь же находилась приписка от дяди, сообщавшая, что претор Гимнасия таким нехитрым образом решил убить двух зайцев. Дескать, зачем нести расходы на командирование слушателей в далекий прусский город, если они там уже находятся, причем за свой счет? Тем более, если они намерены тамошним преподавателям сдавать экзамены по текущим дисциплинам. Вот и совместят полезное для себя с полезным для альма-матер!

В своей записке Богдан Коваль также сообщал, что победы от них никто не ждет, и что отказаться от сомнительной привилегии защищать честь родного Гимнасия не получится — претор заявлял, что в противном случае он будет рассматривать Эссенов и их команду как злостных нарушителей дисциплины, без уважительной причины прогуливающих занятия.

А еще он выражал надежду — так и писал: «выражаю надежду» — что племянник его сцен по данному поводу устраивать не будет и примет случившееся с надлежащим смирением. Иначе злостным нарушителем дисциплины его будет считать уже он — старший инквизитор Восьмого отделения Имперской канцелярии.

Наскоро пробежав глазами Положение о турнире, Ян пришел к заключению, что задача представлять Львовский Гимнасий не является чем-то совсем уж сложным. Тем более, если задачи победить и пройти в четвертьфинал не стоит. Да, придется, конечно, подготовиться, потратить какое-то количество времени на специфические тренировки, но не сейчас и даже не завтра.

Поэтому порученное дело можно было отложить и сосредоточиться на текущих. Кивнув своим мыслям, Ян первым делом устроил для команды инструктаж, на котором рассказал, что, собственно, собирается делать. Никита, выслушав, лишь кивнул и уточнил по экзаменам в Гимнасии, мол, в середине августа завершался второй курс, а им еще проходные предметы сдавать. Лиза осторожно поинтересовалась будущим, а именно, значит ли то, что они работают с Эссенами, вхождение в дом на положении служащих. А София, всплеснув руками, заявила, что она не может принять в этом участия, поскольку ей совершенно нечего надеть для выхода в свет.

— Экзамены будем сдавать в местном Гимнасии, договоренность об этому уже есть, — ответил Ян кузнецу. Повернулся к Лизе. — Да, если вы этого хотите. Можем подписать договоры и поставить вас на жалование, как загонщиков.

— Большое жалование-то?

— Сотня солидов в месяц и полный пансион. Призовые выплаты по боевым операциям обсудим позже, когда станет понятно, с чем мы имеем дело здесь. И есть ли тут дело.

Никита с Лизой переглянулись и одновременно кивнули. Жалование и правда было приличным, а с учетом призовых так и вовсе прекрасным. Конечно, в случае схватки с демонами или их приспешниками существовал риск не дожить до их получения, но кто в восемнадцать лет думает о смерти?

— Мы согласны! — одновременно сообщили загонщики.

— А что по моему вопросу? — уточнила София.

— А это был вопрос? — рассмеялся Ян.

Он положил на столик между ними небольшой кошель и пару листов бумаги.

— Здесь адреса портных в городе. На имя маркиза Штумберга там открыт кредит. Берите кучера и езжайте, обновляйте гардероб. Наличные на расходы и аксессуары.