Также нельзя было заявиться в городской ресторан одетым в дорогую джинсу. Ну максимум в то что делали в социалистических странах. За соблюдением этих правил строго следили в КГБ и БХСС и писали рапорта на тех, кто не соблюдал дресс-код, или позволял себе неоправданные траты.

Для всего этого служили кабаки в Сочи, Ялте и других интересных местах. Да, большинство людей в стране честно трудились, служили и вообще жили, но партийно-торговая ржавчина уже намертво въелась во все уголки жизни страны, и весь этот гнилой клубок уверенно катился к обрыву.

– Я думаю нет. – Иван Алексеевич покачал головой. – Если бы не было Хрущёва, то что-то можно было сделать. Но проклятый кукурузник разгромил всё живое что было в нашем народном хозяйстве, оставив только то, что было повязано с верхушкой кровью. А к семидесятым годам уже вполне сформирована и торговая мафия, и её смычка с партийной, производственной и военной верхушкой. Они все фактически уже сожрали СССР, и думают только о том, чтобы легально оставить наворованные миллионы своим детям и внукам. Плюс крайне низкая производительность труда, и огромные непроизводственные затраты. В состоянии на семидесятый год, СССР обречён.

– Ну а всё же. – Собеседник генерала улыбнулся. – На уровне командно-штабной игры?

– Не знаю. Ну, КГБ конечно в деле. У них в целом всё хорошо, но там, конечно, есть умные ребятки, так что они понимают куда дело движется. ГРУ, тоже, но им хватает армейской текучки. Они в политику не лезут, что им ещё отольётся горькими слезами. А Краснознамённая милиция большей частью повязана. Исключая конечно оперов угрозыска, и низовых подразделений. Так что некому проводить люстрации.

– Но неужели вы, с вашим опытом и знаниями, не придумаете какой-нибудь вариант?

– А к чему эти разговоры? – Иван Алексеевич пристально посмотрел на собеседника. Неужели хотите засунуть меня в прошлое? Так я против. Ещё раз наблюдать как твоя страна разлетается вдребезги, разорванная кучкой охреневших партийных бонз…

– Но неужели не хочется попробовать? – Мужчина который так и не представился чуть прищурился. – Я полагал, что вы предпочитаете сделать и ошибиться чем не сделать и сожалеть.

– Оно так. Но и в бессмысленные драчки не влезал. – Проворчал генерал.

– Да ладно! – Мужчина громко рассмеялся. А когда один вышли против восьмерых? Вы же не могли знать, что по улице спускается группа офицеров. Как вы тогда подумали? Троих-четверых завалю, а там и помирать не обидно.

– Вы в раю змеем не подрабатываете? – Произнёс Иван Алексеевич и задумался. – А сколько мне будет в семидесятом?

– Да сколько хотите. Хоть сохраните свой нынешний возраст. Но, я бы не рекомендовал.

– Это понятно. – Голова Ивана Алексеевича быстро перебирала варианты, но ничего не приходило в голову. – «Да чёрт возьми!» – подумал он и провёл ладонью по лицу. «Что я теряю, в конце-то концов? Может и страну не спасу, но уж точно хуже не будет». Он посмотрел в глаза собеседнику и кивнул. – Я согласен. Возраст лучше лет пятнадцать – четырнадцать. И конечно память об окружении и вообще основные моменты.