Но до сдачи всех объектов было ещё полгода, а до запуска производства ещё больше, поэтому приходилось решать вопросы на текущей базе. Опытная партия – десять комплектов ушла в войска, и первое применение состоялось на учениях Центр 71, когда артиллерия «Синих», крушила всё что могли выставить «Зелёные», корректируя огонь через беспилотники которые висели в воздухе непрерывно, меняясь через три часа. А после засекли попытку тылового обхода со стороны «Зелёных» и в конце концов вскрыв расположение командного пункта, нанесли по нему тактический ядерный удар. Условный конечно. Но учения «Зелёные» проиграли с сухим счётом, что было целиком и полностью заслугой беспилотников.

И вот тогда, даже самым упёртым военачальником стало ясно что в армии появился новый и весьма серьёзный инструмент ведения боевых действий. Над Альбатросом уже никто не смеялся, потому что генералы сами видели на экране как на карте позиции сражающихся сторон, и маскировка если такая была, не сильно помогала. Самолёт летит высоко и летит быстро. Лётчику особо некогда смотреть вниз. А если это самолёт – разведчик с фотоаппаратом, то нужно ждать пока снимки проявят, а после посмотрят специалисты. А тут вон, смотри – не хочу. И ближе можно сделать и дальше, и вообще облететь со всех сторон нужный участок. А зенитная артиллерия эту птичку не очень-то и берёт. Радарный дальномер её не цепляет, слишком мало металла, а глаза на расстоянии в пару километров уже не видят.

Поэтому армейцы вне всяких правил и фондов, выбили дополнительное финансирование проекта, и заказали тысячу комплектов.

Потихоньку подошло время выпускных экзаменов, и принятия решения о поступлении. Судоплатов предложил закончить любое военное училище, и послужить хотя бы пару лет, после чего можно было уходить в народное хозяйство, а Александр Николаевич продвигал идею юрфака МГУ.

Но разложив все варианты, Виктор всё же выбрал Московский Авиационный Институт, факультет летательных аппаратов. Это позволяло ему не уйти под погоны, где на много лет вперёд его запрут в казарму, и заниматься вполне полезным и нужным делом.

В связи с чем, его папа ходил именинником, и рассказывал про поступление сына всем друзьям и знакомым.

Судоплатов и Дроздов, согласились с выбором Виктора, и каждый из них, по своим каналам связались буквально с парой человек, что в итоге выразилось в то, что ректор МАИ, Иван Филиппович Образцов получил несколько десятков звонков, от разных уважаемых людей из Минобороны, Правительства, КГБ, и даже из МИДа, где все советовали взять молодого и поддающего надежды, Виктора Николаева.

У каждого руководителя серьёзного ранга есть особый человек. Для личных поручений. Некоторые из таких людей таскают девочек шефу, или порошок, а кто-то устраивает неприятности соперникам. У Леонида Ильича Брежнева тоже был такой человек. Георгий Эммануилович Цуканов, которого Брежнев тащил за собой ещё с Днепропетровска. Георгий Эммануилович был человеком спокойным до флегматичности, идеологически нейтральным, то есть не принадлежал ни к одной влиятельной группе советской номенклатуры, а в его докладах всегда были факты и никогда не было эмоций.

– Что у тебя? – Брежнев читавший пространный меморандум по эконмическому положению в Среднеазиатских Республиках, посмотрел поверх очков.

– Есть подозрения на то, что смерть Юрия Владимировича не была естественной. Врач делавший вскрытие, обратил внимание на неестественный характер некроза.

– Ты мне по-простому объяснить можешь?

– Ну в общем непохоже это на естественную смерть.