– Это теперь так модно знакомиться? – не утерпела я, игнорируя вновь протянутую руку. Потом всё же сжалилась и назвалась: – Эва. Эва Скари.

Получилось почти как «Бонд, Джеймс Бонд», но Тай иронии не оценил.

– Очень приятно, – серьёзно сказал новоявленный знакомый. – Я тебя провожу, а то у тебя сумка очень тяжелая.

Я бы лично предпочла, чтобы после ритуала знакомства этот Тай оставил меня наедине с моими покупками. Но, как выяснилось, отделаться от него было непросто. Лучше бы я держала эмоции при себе, собрала рассыпанное самостоятельно и была бы уже дома!

Единственное, что меня устраивало в Тае – это то, что он молчал. Шел рядом в обнимку с тяжеленным пакетом и помалкивал. Я тем временем немного пришла в себя и обрела способность соображать. Как там его? Тай Ири? Это что же у нас такое получается…

С именами у нас, кстати, получается полное безобразие. С тех пор, как отменили отчества и перешли на имена вроде моего, люди старшего поколения постоянно путаются. Нам-то ничего, мы росли с такими именами, а родителям каково? Вот именно потому мою душевную подружку Кэй Ло дома звали Катей. А теперь, наверно, Кэйт, они же в Америку уехали. Я что, я Эва – Ева, со мной всё просто. А без отчества и впрямь легче. Я как-то курсовую писала по психологии и в порядке эксперимента попросила маму называть меня по имени-отчеству в течение недели. Честное слово, мне как-то не по себе было, то есть ощущался жутчайший психологический дискомфорт! И звучит чудовищно – Ева Петровна. Вот зачем фамилии изуродовали, ума не приложу, хотя… бывают такие фамилии, что лучше уж пользоваться сокращенным вариантом. В паспорте пока все равно оба указывают, иначе бы некоторые точно рехнулись.

Не очень понятно, зачем все это было нужно, но идеи, конечно, высказывались. С переменой имен связано было столько неудобств, что большинство только об этом и способно было говорить. Ну а раз говорят об именах, то о прочих действиях правительства речь не заходит, надо думать, им только этого и надо было…

Так, снова меня в сторону понесло. Я же про нового знакомого начала думать. Тай Ири… Звучит как-то странно. А может… может, он изэтих?Я невольно отступила на пару шагов в сторону. Тай заметил и покосился удивленно. Да нет, не может быть…Этине могут выглядеть мальчишками, которым и двадцати-то, наверно, нет.Этине гуляют по городу пешком, да ещё в таком виде, словно только что с помойки… Ну, насчет помойки – это уж я погорячилась. Одежда на Тае была вполне новая и даже чистая, только всё равно он выглядел каким-то неухоженным. Да нет… ерунда мне в голову лезет. Самый обычный парень, странноватый немножко, только и всего.

Впереди показался мой дом, и я невольно вздохнула с облегчением. Даже если Тай не изэтих, мне рядом с ним было неуютно. Хотя я всегда считала, что лояльно отношусь кэтим, но… одно дело относиться книмлояльно на словах, и совсем другое – тесно снимиобщаться!

Вот Катюха никогда не скрывала, что до смерти боитсяэтихи поэтому терпетьихне может. Но Катюха… Катюха уехала три года назад, и теперь мне даже поговорить толком не с кем. По телефону много не пообщаешься и всего не скажешь. Да и как звонить, если у нас ночь – а у них день? И дорого к тому же. А письма… письма идут очень-очень долго, часто теряются по пути, а по электронной почте я не умею общаться «за жизнь», все кажется, будто эта переписка – не взаправду. И Катька всё чаще пишет не о том, как ей грустно в чужой стране, а о новых приятелях и о своём потрясающем бойфренде. Прижилась. Не хочется, конечно, так о ней думать, но… я Катюхе уже не нужна. Большие расстояния убивают даже самую крепкую дружбу. Наверно, наша была не из самых…

Тут я споткнулась чуть ли не на ровном месте и едва не рухнула. Проклятые туфли! Зарекалась ведь ходить на рынок только в кроссовках, так нет же, опять туфли напялила! Вдруг знакомых встречу, хочется выглядеть прилично!

Упасть я не упала, но идти вдруг стало неудобно.