— Подобно тебе, отец?

Дагнарус замахнулся на призрак и попытался отбросить его прочь.

— Меченый! — позвал он, с трудом раскрывая окровавленные губы. — Меченый, сюда!

Гарет подошел и встал, глядя на него.

— Ты обещал мне величайший дар богов, — с упреком сказал ему Дагнарус.

— Боги готовы вручить его вам. Вам нужно лишь попросить их об этом, как я когда-то.

Гарет встал на колени рядом с Дагнарусом и заглянул в глаза своего любимого принца.

— Величайший дар богов — это прощение.

Дагнарус поднял глаза к небесному куполу.

— Нет, — вызывающе произнес он. — Это они будут просить у меня прощения, потому что мне принадлежит… Камень Владычества.

Зажав в одной руке все части Камня, он схватил Кинжал Врикиля, мокрый от его крови, и ударил в самую сердцевину дара богов.

Камень Владычества вспыхнул изнутри. Его сияние было бледным и холодным, но затем начало разрастаться. Оно делалось все ярче. Это нестерпимо яркое, ослепительное сияние было волей богов. Дагнаруса озарил чистый божественный свет, на мгновение затопив его серебристыми отблесками. В следующее мгновение Дагнаруса поглотила тьма.

ГЛАВА 12

Никто не решался нарушить молчание.

Владыки, своими глазами увидевшие вмешательство богов, все еще были охвачены благоговейным трепетом.

Рейвен был слишком потрясен случившимся.

Шакуру было не до потрясений, его занимало собственное будущее.

Врикиль подслушал разговор между Дагнарусом и Клетом, откуда узнал, что повелитель намеревается отправить его в Пустоту. Шакур мог бы вмешаться и не позволить Клету убить Дагнаруса, но не стал. Он опасался, что падет в бездны Пустоты вместе с хозяином. К его изумлению, Дагнаруса не стало, Клета тоже, а он по-прежнему был цел.

Причин он не знал и все отнес на непостижимость Пустоты.

Изумление Шакура сменилось радостью. Итак, Кинжал Врикиля исчез, а он, Шакур, остался. При нем остался кровавый нож, сделанный из его же кости. Ничто не мешало Шакуру продолжить свое существование, убивая других и питаясь их душами. Он ненавидел это существование, но теперь оно могло стать вполне сносным.

«Отныне надо мной нет хозяина, — мысленно рассуждал Шакур. — Никто не будет приказывать мне, требовать, чтобы я отправлялся туда-то и делал то-то. Теперь я волен делать то, что пожелаю. Остались и другие врикили. Они тоже лишились хозяина. Им понадобится новый хозяин. Кто, как не я, сможет позаботиться о них?»

Шакур давно вынашивал собственные замыслы. Теперь у него внезапно появилась возможность их осуществить. Шакур не страдал честолюбием Дагнаруса и не мечтал править всем миром. Его цели были намного скромнее. Ничто больше не держало его здесь. Шакур скользнул в Пустоту, смешался с темнотой и исчез, не дожидаясь, пока Владыки заподозрят его присутствие.

***

Небесный купол тоже исчез. Глазам Владык предстал лишь деревянный побеленный потолок. Величественный Портал Богов превратился в маленькую комнатку, где не было ничего, кроме койки, стола и стула. На столе стояла зажженная свеча. Ее пламя горело ровно, совсем не колеблясь. Дверь открывалась в узкий коридор. Капитан-над-Капитанами, как всегда, пожала плечами и, пригнув голову, вышла из Портала.

Вольфрам пошел было за ней, но задержался, ища Гильду. Ее нигде не было. Вольфрам знал: он больше не увидит сестру до тех пор, пока они вместе не побегут с Волком. Но дух ее всегда будет рядом. Вздохнув и улыбнувшись, дворф покинул Портал.

Рейвен шел по темному коридору, изо всех сил стремясь ни с кем не столкнуться и избежать расспросов. Однако темнота не позволяла ему идти быстро.