Последнее слово она выплюнула как ругательство, затем встала, сделала короткий реверанс, и заковыляла прочь из зала. Когда Кэн поднял ладонь, чтобы остановить её каким-то заклинанием, Берэнин покачала головой. «Есть и другие способы заставить заносчивую юную клэйхэйм смотреть на вещи благоразумно», — сказала она себе.

Она посмотрела на двух остальных, и осознала, что они пристально за ней наблюдают.

«Что бы они сделали, не останови я Кэна?» — задумалась Берэнин. На миг ей стало почти страшно. Эти две светлые пары глаз, серо-зелёных и серых, пристально уставились на неё подобно тому, как соколы смотрят на добычу.

«Может быть, у вас есть сила», — безмолвно сказала она им, — «но я — старше и гораздо опытнее. На моей стороне — истинно великие маги, а не хорошо образованные дети». На какое-то время она удержала их взгляды, затем посмотрела на одного только Браяра:

— Ты можешь остаться, — сказала она, щедро добавляя мёда в свой голос. — Я всё ещё предлагаю тебе империю в качестве сада. Представь это, Браяр: пряные деревья из Кидлао и Алипута, целебные папоротники из Мбау, благовонные кусты из Гьонг-ши…

Его голова дёрнулась так, будто она дала ему пощёчину:

— И закрыть глаза на это? Гадать, вышла ли проходящая мимо женщина замуж по собственной доброй воле? А я-то думал, что только с уличными крысами обращаются как с тараканьим дерьмом. Это честь для меня, что вы обо мне так хорошо думаете, Имперское Величество, но я уезжаю с Сэндри.

Он коротко поклонился императрице, и посмотрел на Трис.

— Иду, — сказала она, вставая. — Крысиная нора заткнута, — уведомила она Берэнин.

Она подавила зевоту. Когда та прошла, Трис добавила:

— Благодарю за предложенный пост, но я с Браяром и Сэндри.

Она сделала лёгкий реверанс, взяла предложенный Браяром локоть, и вышла вместе с ним прочь.

Дверь бесшумно закрылась.

Берэнин откинулась в кресле, закрыв глаза. Она чувствовала, что двое её великих магов ждут, когда она заговорит. «В моём собственном дворце», — разъярённо думала она. «Мой собственный дворец! Когда дюжины дворян доверяют мне своих дочерей, чтобы они служили украшениями моему дому!»

— Кэн, — сказала она, принудив свой голос звучать спокойно. — Разошли приказы. Я хочу, чтобы Финлак фэр Хьюрик был арестован немедленно. Засунь его в самую сырую дыру, какие только у нас есть. В цепях. Его слуг кинь туда же, тоже в цепях. Проверь конец туннеля, который заблокировала Трис, на случай, если кто-то из них там скрывается. С ними я разберусь завтра. Затем возьми часть магов, а также отряд стражи, и произведи арест Винэйн Ноталоса фэр Хьюрика по обвинению в государственной измене.

— Главу Сообщества Магов? — нервно пробормотал Кэн.

Берэнин открыла глаза, чтобы зыркнуть на него:

— Ты хочешь сказать, что не можешь взять такого сопливого политикана как Ноталос? — отрезала она. — Ты что, позволил своим навыкам и навыкам твоих людей ослабнуть?

— Он ничего такого не имеет ввиду, Имперское Величество, — гладко объявила Иша. — Это легко устроить, мальчик мой. И он предал оказанное ему доверие. Используй заклинание «банка призраков».

Ишабал положила ладонь Берэнин на плечо:

— Всё будет сделано так, как вам требуется.

Императрица закрыла глаза:

— Тогда ступай, и сделай это, Кэн. — Я хочу, чтобы к закату он был в камерах для магов. Если Сообщество начнёт скулить, отошли их к Ише.

Она послушала удаляющиеся шаги Кэна, и подождала звука открывшейся и закрывшейся за ним двери.