Амброс, натягивая перчатки для верховой езды, нахмурился, глядя на их пугало.

— Как мы объясним его присутствие? — поинтересовался кузен Сэндри. — Нельзя просто добавлять в свой антураж незнакомцев, начнутся вопросы, Кузина, в частности — когда ты приехала к нам совсем без охраны и слуг.

Сэндри бодро смотрелась в своей цветочно-розовой ездовой куртке и шароварах, но её мозг всё ещё спал.

— Амброс, как ты вообще можешь думать о таких вещах в такой час? — потребовала она, и зевнула.

Он глядел на неё снизу вверх холодными голубыми глазами, пока она садилась верхом на свою кобылу.

— Потому что за воротами будет по крайней мере два шпиона, и ещё больше — по дороге, — добавил он. — В Наморне юные дамы не имеют такой свободы, какой они, похоже, обладают на юге, Кузина. И для этого есть хорошие причины.

Джак сонно опирался на луку седла:

— А нельзя просто позволить шпионам гадать, а решить уже потом, когда проснёмся? — спросил он.

Амброс зыркнул на него, сжав губы.

— Я думаю, что мы, предположительно, тоже должны быть шпионами, — сказала Кэйдлин, бывшая прошлым днём довольно оживлённой. — Но это глупо, ведь чтобы шпионить, нам нужно сначала проснуться.

Она отхлебнула из фляжки, от которой в холодном утреннем воздухе шёл пар:

— Кто хочет чаю?

— Он — мой секретарь, ясно? — потребовала Сэндри, потеряв терпение. — Я не осознавала, какую сложную социальную жизнь я должна вести в Наморне, поэтому мне пришлось нанять наморнского секретаря, Кузен — теперь ты доволен? Можно нам жить дальше?

Амброс фыркнул и сел верхом на своего мерина. Жэгорз оглядел своих спутников и охрану:

— Секретарь? У меня даже нет перьев, и чернил, и…

Браяр наклонился и хлопнул его по плечу:

— Я обеспечу тебя по первому классу, — заверил он Жэгорза. — Ты будешь королём секретарей.

Когда пара охранников открыла ворота, всадники выстроились парами, чтобы проехать через них. Ведя их группу вместе с Амбросом, Сэндри услышала, как Жэгорз пожаловался:

— Я даже не уверен, что умею писать.

«А я-то думала, что это Трис у нас всё время тащит домой всякую бездомную живность», — думала Сэндри, качая головой, пока они ехали по Главной Улице. «Теперь она втянула в это Даджу, Браяра и меня». Она искоса бросила взгляд на Амброса, который по-прежнему сжимал губы. Она ничего не могла с собой поделать: уголки её собственных губ поползли вверх. «Хотела бы я услышать, как Амброс будет объяснять, почему у меня социальный секретарь, который не умеет писать».

Как Трис и предупреждала их прошлым днём, дождь начался сразу после того, как слуги закрыли за ними ворота. Амброс остановил всю компанию, глядя на Сэндри, в то время как Ризу застонала, а Кэйдлин чихнула.

Сэндри обернулась в седле.

— Трис? — спросила она.

Трис, уже успевшая уткнуться в книгу, вздрогнула и подняла взгляд. Сэндри ткнула пальцем в лившуюся с неба воду — хотя даже Трис должна была заметить дождь, когда её книга начала намокать! — подумала она.

Рыжая зыркнула на облака. Хотя Сэндри ничего не увидела и не почувствовала, морось разошлась в стороны, стекая по обе стороны их отряда, как если бы они были накрыты стеклянным щитом. Трис огляделась, чтобы убедиться, что все, в том числе охранники и вьючные лошади, попали под её защиту. Затем она подняла брови, задавая немой вопрос «Так пойдёт?».

«Вот это наша Трис», — думала Сэндри, смирившись с эксцентричностью своей сестры. Она кивнула и повернулась обратно к Амбросу, который с неуютным видом глазел на Трис.