Внутри, через свою магию она добавила: «Но твоё сердце по-прежнему больше всего Эмелана».

Сэндри улыбнулась ей дрожащими губами. «Если эти утренние труды вернули в моё сердце одну из моих сестёр, то вся эта поездка того стоила», — ответила она через их вновь открытую магическую связь.

Слух же Даджа поддразнила её:

— По крайней мере до того момента, когда Чайм в следующий раз заберётся в твою корзинку для рукоделия.

Она услышала снаружи оживлённые шаги и голоса Ризу и Кэйди.

— Мы тут собрались покататься верхом, — сказала она Сэндри. — Хочешь с нами?

Сэндри поморщилась:

— Элага хочет устроить мне экскурсию по внутренней части замка, затем Амброс покажет мне внешнюю часть. После обеда я буду просматривать карты и счета.

Она вздохнула и осела в кресле:

— Мне не следует жаловаться. Я годами с бешеной скоростью пожинала плоды этих владений. Это лишь будет справедливо — узнать, в каком они состоянии. И, может быть, мне следовало заняться этим гораздо раньше.

— В другой раз, — пообещала Даджа, сочувствуя ей. — Оставляю тебя с твоими экскурсиями.

Пропустив завтрак, Даджа по-быстрому оделась и поспешила во двор конюшни. Ризу и Кэйди уже были верхом, клюя сладкие булочки. Конюх вывел вперёд оседланного мерина Даджи. Она села верхом и усмирила животное, жалея, что не подумала по пути выпросить у кухарки что-нибудь пожевать.

Ризу протянула ей исходившую паром булочку. У неё их была целая сумка:

— После поездок верхом с императрицей, — объяснила она, — учишься самым быстрым способам заполучить завтрак, прежде чем уехать на рассвете.

— Вообще-то, Её Имперское Величество сочла бы, что к этому времени день уже наполовину прошёл, — сказала Кэйди, глядя на восток. — Со временем мы разбиваемся на две группы: те, кто, как мы, при всём желании не может спать после рассвета, и те, кто, как Фин, спят допоздна при любой возможности.

— Вы только посмотрите, а? — спросила Ризу. — Вот мы здесь, три девушки, верхом и готовы ехать. Если Джак и Браяр не спустятся поскорее, то предлагаю нам оставить этих лентяев здесь, а также съесть все булки.

— Джак только на прошлой неделе жаловался, что женщины всегда заставляют его ждать, — объяснила Кэйди. — Мы теперь ему это будем всю жизнь вспоминать.

— Что вспоминать?

Во двор с ленцой вошёл Джак, держа облачённой в перчатку рукой булку с сосиской. Конюх подвёл к нему его скакуна.

— Ты опоздал, — сказала Ризу.

— Если вы всё ещё здесь, то разве же это опоздание? А вот и Браяр.

Джак указал на боковую дверь.

— Мы уже были готовы выехать, — уведомила Джака Ризу, пока Браяр забирал свою лошадь.

— Разве Клэйхэйм Сэндрилин не поедет? — поинтересовался Джак. — Я думал, что я понадоблюсь для спасения её от свирепых козлов, и тому подобного.

— Это козлам надо искать кого-то, кто спасёт их от неё, — сказал молодому дворянину Браяр. — Ты что, пропустил всё мимо ушей?

— Ей нужно заниматься ответственными делами, — уведомила Джака Ризу. — Если ты только не хочешь держать ей бухгалтерские книги, пока она их читает, я бы на твоём месте садилась верхом.

Джак содрогнулся, и последовал её совету:

— Для этого у меня есть старшие братья, — сказал он, похлопывая свою гнедую по лоснящейся шее. — Ответственные дела.

Он посмотрел на Браяра:

— Наперегонки до моста через реку, — скороговоркой выпалил он, и пустил своего скакуна галопом.