— Слушай, я и так уже проиграл.

— А, значит, как удачная луна светила, так он весь такой молодец! А как из Пробоины дунуло, так хвост поджал, вылунь?!

— Да ладно, ладно. Рубль ставлю.

Прислушиваясь ещё несколько секунд, я понял, что там играют в карты. Звенят монетки, шелестят бумажки.

Да, я был псиоником-снайпером Свободной Федерации. Но в первую очередь я всё же был солдатом, и всё моё нутро просто вывернуло от такого нарушения правил.

Этот, которого я отправил убивать, наркоман. А другие, в десяти метрах от него, вообще в карты режутся… И всё это на боевом посту!

Так, Тим, это вообще не твоё дело. Не твой мир, не твой корпус, и даже не твоё тело. Ты и так вон хладнокровно только что отправил солдата убивать.

Тим, просто тебе «порошком» мозги придавило, да и после переселения из мира Незримой эмоциональный фон ещё не восстановился толком, …

Я замер, едва промелькнула последняя мысль. Память, на которую я так жаловался последние несколько минут, вдруг начала складываться в паззл с огромной скоростью.

Василий Ветров-Вепрев-Пёсин, и скорее всего, ещё и Рюревский. Нужное подчеркнуть.

Это тот парень, то тело, которое мне идеально подходит!

Я оставил его где-то в разрушенном храме, нырнул в сознание Эвелины, и попал в какой-то мир. «Кокон богини», точно. Там мы кувыркались, если можно это так назвать, потом Эвелина закрыла меня под замок, и я кое-как выбрался…

Все эти знания нахлынули на меня таким потоком, что я, закачавшись, не удержался и прислонился к приоткрытой двери. Ужасный скрип разрезал воздух в тамбуре, и мигом появились картёжники. Такие же два солдата, с магострелами наготове.

— Ваше великолуние, — оба выстроились по струнке.

Всё бы ничего, если бы в руках у обоих не выглядывали стопочки карт.

Ничего не сказав, я поморщился, и только отмахнулся от них. Тим, да пусть они все в Пробоину идут со своими нарушениями устава.

Я пошёл к следующей двери, и картёжники мигом испарились с дороги. Схватил ручку двери, та послушно поддалась.

Секунда, и я зажмурился от яркого солнечного света… Пьянящий воздух полился в лёгкие, и после смрада темницы показался горным целительным бальзамом.

Погоди-ка, воздух тут и вправду горный… Осматривая строения вокруг, которые напоминали комплекс каких-то монастырей, я заметил, что на заднем фоне всё так же торчат вершины гор со снежными шапками.

Многочисленные группки монахов в чёрных рясах, неспешно двигающиеся по мощёным дорожкам. Кто-то, кто постарше, неспешно, а кто-то, в особенности совсем зелёные послушники, торопливо, явно с важными поручениями от старших. Сверкают золотой каймой, чуть не ослепляя, шпили со знаком Чёрной Луны на крышах зданий.

Ну да, однозначно, я всё-таки в Храме Первого Полнолуния…

Меня посетило жуткое чувство дежавю, когда среди монахов стали появляться фигуры в чёрных кожаных плащах, и в фуражках с кокардами. Да, было какое-то отличие в их знаках, намекающее на чернолунников, но мне не надо было объяснять, что это Стражи Душ. Оракулы-специалисты по поимке Иных.

Здесь они действовали не так жёстко, как в Маловратской академии, но всё равно, стояли и крутили головами, выискивая цель. Вот же пробковые псы, в каждой Пробоине затычки!

Глава 22. Импровизирующий

Чистый воздух подействовал ещё более отрезвляюще, опасность подстегнула разум, и я понял, что на задворках сознания давно зудит мысль. Оракул, тело которого я украл… Он ведь сказал про пойманных наследников и самозванку!

Вот теперь паззл окончательно сложился, память полностью замкнула энергоконтуры, и я всё вспомнил. Так, твою псину, где эта дура Эвелина, из-за которой у меня теперь проблем выше крыши?

Точнее, одна, две, три… Три проблемы.