Почему не получается справиться с гормонами? Почему такая сильная атака? А это точно Эвелина?

Мой словесный понос продолжался:

— Помню, у меня даже правило было — только блондинки. А шатенки, рыжие… Ну нет у них этого шарма, — увлечённо рассказывал я, уворачиваясь от нижних веток каштанов.

«Иной, на твоё тело кто-то влияет».

— Да знаю я, псы вы толчковые, — вполголоса выругался я, и продолжил, — А ещё правило у меня было, прямо устав холостяка. Брюнетки под запретом.

«А почему?» — неожиданно заинтересовалась одна из душ.

Наверное, была при физической жизни брюнеткой.

— От них все беды. Я вот как пришёл в этот мир, так встретил одну блондинку. Ну, талантище, красота же: и грудь, и ножки, и характер задорный. А в постели она какая… ух, вы бы знали!

«Покажи, покажи воспоминания!»

— В другом теле оставил, — буркнул я, злясь на себя за откровенность, — А потом встретил брюнетку. И что бы вы думали?

«Что?»

— Все вокруг гибнут, жжёный пёс всё время задницу поджаривает, все меня убить хотят. И вообще мир рушится, апокалипсис грядёт, — я начал отчаянно жестикулировать, — А постель с ней, и та вымышленная! Да я из-за неё даже Васька своего потерял…

Тут я замер, поражённый догадкой. Эффект от озарения был так велик, что все гормоны разом смыло подкатившим адреналином.

Это же Василий!

«Что? Какой Василий? Брюнетка?»

— Голос Василия, — ошарашенно прошептал я, — Дух этот.

Я его не узнал, потому что почти всё время слышал внутри черепа. Пару раз Одержимый у меня Василия чуть не свистнул, но разговаривал он тогда изменённым голосом.

Да мы с ним и не общались толком-то, только в видениях. А теперь, когда Василий перешёл на астральный план, так приобрёл шепчущую тональность, смешанную с тонкой псионикой. Ну попробуй тут узнай его.

У меня побежали мурашки по спине, но душонки поспешили добавить:

«Мы же говорим тебе! Он ещё живой, но сильно ранен».

— Хорошо, если так, — я непроизвольно коснулся коробка с таблетками «вытяжки» в кармане.

Впереди виднелись открытые ворота в стене, и оттуда доносились голоса. Рощицу отделяла невысокая живая изгородь, и меня пока не было видно.

Я осторожно перешёл от одного ствола к другому, стараясь держаться в густой тени. Так-то я понимал, что для местного оракула, да ещё высокого ранга, это ещё подозрительнее, но ничего не мог поделать с привычкой.

Теперь, когда мне удалось перехватить управление гормонами, я смог различить направление, откуда пришла атака. Очень чистая псионика, влияющая прямо на эмоции.

Да ну твою же псину, это точно не Эвелина…

Возле ворот виднелась пара стоящих человек. Это были обычные чернолунники в балахонах, с опущенными на лицо капюшонами. И именно от них я ощущал энергию той самой гормональной атаки.

Ну вот, Тим, тебя чуть не соблазнила пара каких-то извращенцев. Как они это делают? Какие-то артефакты?

Двое всё время пригибались к чему-то, но из-за живой изгороди и бордюра, который обрамлял дорожку к воротам, было плохо видно.

Я подошёл ещё ближе, сместился в сторону, чтобы наблюдать прямо через щель между двумя кустарниками.

Бугорки какие-то за бордюром… Вот чернолунник склонился, ухватился, резко поднял.

Да твою ж мать! Он потащил своего мёртвого собрата к небольшой сторожке с другой стороны ворот.

Да там куча этих убитых чернолунников лежит, навскидку тел десять, а эти двое их оттаскивают с дороги. Деловито так, с лёгкой полуулыбкой, будто просто делают свою работу.