– Ясно. Мне что то ещё надо подписать, или это все? – вопросов у меня больше не осталось.

– Это все. Удачного вам дня, лэра, и постарайтесь прислушиваться к желаниями мужа, а не видеть лишь его внешнюю красоту, – посоветовал он.

– Спасибо за совет. Доброго вам для, лэр, – кивнула я, покидая кабинет посла.

Ну, кое–что мне стало понятно, но действительно ли у моего эльфа так глубока привычка к постоянной боли, или они как то научились разделять обучение и обычную жизнь там, в своем царстве?

Сиренель

Этот дурацкий плащ безумно мешал, но я усердно пытался помогать лэру Давиду строить конюшню будучи укрытым им, пока полы плаща в очередной раз не запутались в стропилах, и я чуть не свалился с крыши.

– Сними ты уже его. Ты не первый эльф на моей памяти, и я вас уже точно видел, – хмыкнул мужчина, одним мощным движением руки вбивая очередной гвоздь. – Ну или наведи иллюзию, если так боишься, – пожал он плечами.

Хм… а госпожа ведь тоже говорила про иллюзию по началу. Неужели люди могут легко наводить их и снимать?

– Я не умею их создавать, – признался ему. – А про плащ надо спрашивать у госпожи.

– Ну, так иди и спроси, – мотнул он в сторону только только заходящей на территорию нашего дома Миреллы.

С интересом посмотрел на девушку, одетую в легкое летнее платье до пят темно–зеленого цвета. Отметил про себя, что ей удивительно идет этот цвет.

– Чего замер? Не думаю, что она тебя укусит, – хмыкнул мужчина, – скорее коняга твоя пришибет тебя за конюшню – вон, как землю копытом роет.

Посмотрел на беспокойную Дану, у которой до сих пор болела бабка на ноге, и она переживала, что не может нормально из–за этого ходить.

Тяжело вздохнул, еще раз запутался в полах плаща, и таки пошел слезать с высоты, чтобы спросить о разрешении снять этот кошмар или как то заменить его на что то другое.

Мирелла сразу же заметила мое приближение, цепко оглядев фигуру. Руки в волнении намокли. Надеюсь, она не разозлится на мою просьбу? Подспудно вспомнил ещё о нашем разговоре про то, что просить надо не с колен, а стоя.

– Привет, – она улыбнулась, – ты что то хотел?

Взволнованно переступил с ноги на ногу. Набрал полную грудь воздуха и выпалил единой тирадой:

– Мне очень мешает плащ, я мог бы снять его, чтобы в нем не путаться, пока помогаю строить конюшню? Лэр Давид сказал, что уже видел эльфов и будет не против.

Девушка нахмурилась, в её глазах промелькнула какая то неясная эмоция, больше похожая на раздражение, и я мгновенно понял её ответ – откажет. Точно откажет! И вот зачем я только спросил? Молчал бы да молчал себе дальше! А так только госпожу разозлил своим неуместным своеволием. Подумал, что раз вчера она меня не наказывала, так сегодня тоже не станет? Дурак!

Опустил голову ниже к земле, всем своим видом стараясь выразить смирение перед хозяйкой. Услышал тяжелый вздох девушки.

– Почему ты не умеешь ставить иллюзии, Сиренель? – все же спросила она, шебурша довольно увесистым свертком в своих руках.

Помялся на месте, стараясь сделать голос как можно более мягким.

– Нас не учили магии, – просто сказал я, – Я знаю несколько мелких бытовых заклинаний, которые выучил сам, но не более.

Госпожа тяжело вздохнула, что то тихо бормоча себе под нос. Но спустя какое то время все же ответила:

– Ясно. Извини, Сиренель, но пока ты не научишься вешать на себя иллюзию, плащ я снимать на улице не разрешаю. Той девушки мне хватило. Пришлось заменять ей память, а это достаточно непросто, – ответила она.