* * *

Макс действительно обнаружился в «кафе» — микроскопической забегаловке под лестницей первого этажа с прилавком полтора метра длиной и тремя белыми пластиковыми столами. Пристанище растворимой лапши, традиционно мерзкого кофе из порционных пакетиков и стандартных несъедобных сладостей-сухариков из торгового автомата пользовалось популярностью — оно было близко, а за более-менее нормальной едой нужно было тащиться в соседний корпус, теряя драгоценное время перерыва между занятиями. Впрочем, если был выбор, студенты предпочитали всё-таки съесть и выпить что-нибудь, сделанное из более вкусного картона.

Максим Сумских был типичным, как говорят американцы, «нёрдом»: этакой личинкой сумасшедшего учёного, пока ещё «ботаника»-заучки, но уже с вечно растрёпанными волосами и мятым условно белым халатом. Он стереотипно не особо умел общаться с девушками, зато увлекался японской мангой и анимацией. А ещё слушал японский рэп (ужас!), попсу и фолк — всё это я выя‍с​нил, н​емного не​​удачно разговорившись с ним на одной из перемен с‍разу после начала второго семестра. И понеслась! Макс самолично зачислил меня в свои друзья, и моё мнение его совершенно не интересовало. В итоге мне просто пришлось смириться, что у меня есть такой… гм, друг.

— Интегральное и дифференциальное исчисление, — прочёл я, бесцеремонно потянув на себя угол книги, которую парень читал. Полюбовался на ряды формул, разбавленные редкими строчками текста, на лицо Макса, и задал, в общем-то, риторический вопрос:

— Ну как?

— Никак.

Ожидаемо.

— Алёна говорит, старшекурсники из общаги клянутся: на экзамене по «вышке» дают списывать из чего угодно. Хоть с конспекта, хоть с учебника, хоть с «Википедии», — попытался зайти с другой стороны я.

— Угу.

— И мне тебя никак не переубедить, что когда тебе эти формулы понадобятся, ты просто напишешь программисту «тут для расчёта использовать метод Эйлера», и он остальное сделает за тебя?

— Сейчас никто не использует метод Эйлера, — скривился Сумских, — слишком погрешность большая.

— Ма-а-акс! — я схватился за голову. — Что с тобой такое, а? Ты же раньше не страдал перфекционизмом… Так сильно!

В ответ парень хмуро уставился на меня. И молча. Пожалуй, пора подключать «тяжелую артиллерию».

— Ми, — позвал я, прикасаясь к связывающему нас с суккубой каналу, — ты не очень занята?

— Историчку слушаю, — ответила девушка‍,​ вирту​ально заг​​лядывая мне через плечо и отвечая на незаданный в‍опрос, — Древний Египет. Ничего нового, кроме того, что «звероголовые демоны-боги, возможно, имели реальные прототипы». А то мы не догадались!

Мирен, с моей небольшой (действительно небольшой) помощью в первую неделю учёбы в старшей школе сдала физику, химию и математику за два года вперёд — в холде Родика ей делать было особо нечего, потому она фактически прошла вместе со мной российскую среднюю школу и закончила экстерном два класса старшей. Потом мы вместе готовились к моему поступлению в ВУЗ и осваивали материал первого курса. Что Роксана уже давно решила отправить дочь в заведение Куроко Кабуки, выяснилось меньше чем за месяц до поступления — вот так, как гром с ясного неба.