— Умные люди не обижаются, нет‍, - согласилась африканка, — обижаются дураки. Совсем глупые, да.

— Но… — Ми, которую Кабуки лично попросил «приглядеть» за Марилой, ещё раз посмотрела на соседку, потом на других двух других девушек, сидящих рядом. — Но…

— Успокоится, подумает — и вернётся, — хмыкнула Нгобе.

— Или нет, — возразила представительница клана Нанао.

— Или нет, — согласилась Иге.

— Я тоже думаю, что сейчас не стоит Мару трогать, — подсказал я, ощущая, как Ми буквально разрывается между желанием немедленно кинуться к подруге и пониманием, как это будет выглядеть со стороны двух других одноклассниц, — чувствуешь?

— Угу, — от Войде волнами накатывала злость, обида, но главной эмоцией была холодная сосредоточенность. Примерно такие же чувства растекались от польки во время утренних и вечерних тренировок с палками. — Дим, что делать-то?

— Если б я знал, — я перекинул суккубе слепок эмоций и воспоминаний о собственном разговоре. — Никогда с таким не сталкивался, опыта нет.

— Я тоже, — уныло отозвалась златовласка, без аппетита принимаясь за суп.

Впрочем, после первой ложки голод немедленно проснулся: волнения волнениями, а организму нужно было восстанавливать потраченный запас энергии, белков, жиров и углеводов. И плевать здоровый организм хотел на все переживания — ссориться плохо, но голодным после физры остаться — вообще трындец!

Лента попыталась застрять в валиках податчика бумаги, но я выверенным движением её поддёрнул — с чудом советского приборостроения я работал уже не первый и не второй раз. Был тут и австрийский автоматический pH-метр, совмещённый с термометром и ещё несколькими датчиками — этакий лабораторный комбайн. По сути специализированный компьютер, сам всё меряющий и выдающий в конце опыта распечатку значений и график прямо на сетевой принтер — но я в очередной раз уступил его паре подружек и Максу. Ещё в начале второго семестра прибор прямо на моих глазах «загладил» пик роста кислотности, после которого надо было сыпать в реакционную смесь нейтрализатор, посчитав за статистический выброс — слишком умное программное обеспечение всё решило за пользователей. В итоге все списывали значения с побитого жизнью самописца, который, как я подозревал, и близкий атомный взрыв мог без особых проблем пережить.

— Интересно как! — Ми, глядя моими глазами на записи и работу установки, увлеклась, и сама не заметила, как расправилась с первым, а потом и со вторым. — Как бы я хотела учиться вместе с тобой!

— Я бы тоже, — я представил, как рядом со мной, в белом халате стоит Мирен… и понял, что лабораторка бы меня тогда интересовала в самую последнюю очередь. — Но ведь у тебя тоже интересно.

— Да уж, — суккуба перекинула мне картинку, как мы гуляем по территории академии… и вечером расходимся по разным коттеджам. — Ой!

— Да уж, лучше вы к нам, — процитировал я известный кинофильм. — Представляю, что сказала бы Нацуро, если бы мы попросили выделить нам совместный жилой блок.

— А что сказал бы директор! — передёрнуло от воспоминаний общения с Кабуки Родику-младшую.

— С него бы сталось ещё и Рукс вызвать, — проникся обстановкой я.

— Бррр!

— Хотя внезапный визит моих родителей в съёмную квартиру, где мы живём вместе, тоже стал бы… в некотором роде испытанием.

В моём воображении мать устраивала жуткий скандал, заканчивающийся урезанием финансирования под ноль и требованием вернуться домой.