— Ага. А остальным мозги отформатируют другие маньяки, любящие свою работу, — с сарказмом фыркнула суккуба… и вдруг замерла. — Ой…

— Что?.. — тут я «поймал» мысли Ми. «Вам так или иначе придётся переменить своё мнение», — заявила на истории Зитс. — «Чем скорее вы это сделаете, тем будет лучше для вас». Действительно, кто сказал, что прививать манеру мышления будет только один хороший учитель? — Воистину «ой».

— «Вы пришли сюда поодиночке, но выйдете единым целым», — процитировала Кабуки моя подруга. — Похоже, у директора всё получится.

* * *

— Идёт, — озвучил я увиденное.

Лазарь Феодораксис успел полноценно подготовиться к первому посещению военно-тактического клуба: заказал и пошил камуфляжно-полевой вариант формы. Абрамов ультимативно поставил условия быть подобающе одетыми на каждом занятии («заодно не придётся вытрясать го‍р​ячие г​ильзы из ​​разных интересных мест»), и грек наверняка был в ‍курсе. А ещё от него волнами катилось какое-то детское нетерпение и ожидание давно обещанного, но никак не получаемого подарка! Впрочем, едва двое друзей подошли поближе, Феодораксис мгновенно собрался и все восторженные эмоции засунул куда подальше.

— Прежде всего, хочу поблагодарить за помощь и заверить, что я действительноумею ценить такие поступки, — на посторонний взгляд легко и непринуждённо, но в то же время весьма церемонно склонил голову обладатель классического «греческого профиля». Судя по эмоциональному фону, в этот раз он говорил абсолютно серьёзно, не держа «за пазухой» очередной «хитрый план». Аж прям необычно. — И прошу прощения, что не смог сказать это раньше. Физкультурные группы опять перемешали, а мой застенчивый друг наотрез отказался передавать записку…

— Сам таскай свои записки своим девчонкам! — дёрнул подбородком Клавель, от которого так и шибануло неожиданно возникшим смущением и раздражением.

— Страсти какие, — прокомментировала Иге, подошедшая к воротам додзё одновременно с Мирен и теперь с интересом наблюдавшая за разворачивающимся представлением. У меня сложилось чёткое впечатление, что будь у африканки пакет попкорна — она бы уже достала его и жевала. — А мне в сумку ты бумажку подсунуть не постеснялся, да.

— Да я…

— Трижды, — припечатала Нгобе. — Да ещё так неуклюже, что я каждый раз в процессе замечала.

— Если от себя и красивой чикас, то можно, — сообщил Фабио кажущуюся ему общеизвестной и совершенно само собой разумеющееся информацию. — Или, если‍ ​совсем​ с ума сд​​винулся и втюрился, то потом под окнами серенаду ‍спеть, чтобы уже все слышали. Но сначала записку. Так принято.

— А у нас принято за попытку покопаться в чужих вещах бить, — задумчиво предупредила Иге. — Можно ногами. Традиция, да.

— У нас тоже, — подтвердила Куроцуки, заставив дёрнуться и Феодораксиса, и Клавеля. В застывших чувствах миниатюрной черноволосой японки на секунду проскочила искра удовлетворения — специально подкралась так, как только она умела. — Время. Идём?

Ми оглянулась, но Марилы нигде не было ни видно, ни «слышно» в эмпатии. Конечно, при желании суккуба могла «прокачать» весь холд, как в первый день пребывания в школе, но делать это без особой необходимости не хотелось. Моя демонесса привыкла к фону академии «Карасу Тенгу», как житель деревни у водопада привыкает к постоянному рёву потоков воды — и человек перестаёт воспринимать этот гул как шум, просто не слышит.