Тесс потрясенно молчала. Гневная отповедь Гордона словно открыла ей глаза, заставила задуматься о том, о чем до сих пор страшно было и помыслить. Господи, да ведь она и в самом деле никогда до конца не верила в предательство Джералда! Разумом Тесс понимала, что ошибки быть не может: ее любимый делил ложе с другой. Но сердце упорно не признавало никаких доказательств, даже до такой степени очевидных. Просто Джералд не мог поступить плохо, и все тут!

Многолетняя привычка объяснять данное противоречивое чувство девичьей наивностью вдруг изменила Тесс. События двенадцатилетней давности внезапно предстали в совершенно ином свете. То, что некогда казалось неопровержимым, теперь в лучшем случае выглядело спорным. И даже выдумка о двоюродной сестре, всегда представлявшаяся ей крайне нелепой и банальной отговоркой, сейчас как нельзя больше походила на правду.

Тесс растерянно подняла огромные голубые глаза на Гордона. В ее взгляде читалось смятение.

— Гордон, я не знаю, что и сказать… Если ты прав… Да, если ты прав, то я… О Боже, какое же я тогда чудовище! Как я могла?

И, не выдержав напряжения, она забилась в истерике.

Прошло немало времени, прежде чем Тесс пришла в себя. Заботливо укутанная пледом, с чашкой кофе в руке, она полулежала на кровати, опираясь спиной на подушки, и рассеянно слушала то, что втолковывал ей Гордон.

— …так что ничего страшного, — закончил он фразу, начало которой ускользнуло от внимания Тесс. — Поверь, еще не поздно начать сначала. Джералд обязательно поймет тебя и простит. Только учти, тебе придется признаться ему во всем. В конце концов, он имеет право знать о Джерри.

Услышав имя сына, Тесс встрепенулась и страстно воскликнула:

— Нет!

— Но, Тесс…

— Я сказала «нет», — уже более спокойно, но твердо повторила она.

— Почему? — удивился Гордон подобному упорству. — Я думал, ты собираешься вернуться к Хьюмену… До сих пор ты скрывала правду о Джерри из чувства мести. Теперь же, когда, хоть и с большим опозданием, ты поверила Джералду, какой смысл и дальше упрямиться?

Неужели Гордон ничего не понимает? — с досадой подумала Тесс. Как будто все действительно так просто!

Как будто легко спустя двенадцать лет подойти к человеку и сообщить, что у него есть сын!..

— Теперь я тем более ничего не скажу, — спокойно произнесла молодая женщина. — Потому что не могу. Если Джералд узнает, что приходится отцом Джерри, он и разговаривать со мной не захочет. Я потеряю его навсегда.

Гордон недоумевающее смотрел на Тесс. С каждой минутой он все меньше понимал эту женщину.

— Но ведь совсем недавно ты и слышать ничего не хотела о Джералде, не так ли? Кто заявлял, что больше всего на свете мечтает навсегда избавиться от него? Что ненавидит его сильнее всего на свете?

Но Тесс лишь устало отмахнулась.

— Ах, оставь… Ты же знаешь нашу историю едва ли не лучше меня. В юности я совершила роковую ошибку, вернее даже две. Во-первых, не поверив Джералду, ушла от него. А во-вторых, скрыла свою беременность. И теперь мало что можно исправить.

— Ты глубоко заблуждаешься, — попытался разуверить ее Гордон. — Поверь, сказать правду для тебя сейчас является единственным выходом.

— Но Джералд тогда меня бросит! — в отчаянии вскричала она.

— Напротив, все поймет и простит. Главное — ничего не скрывать.