Стон зазвучал снова, низкий, без слов. Почти звериный.

А потом слова:

Любимый. Любимый!

Почему ты предал меня? Почему, почему, почему?

Звук леденил душу. Нилла не могла это вынести. Она выглянула из за мужчины из тени, земля за ними извивалась. Лозы с шипами приближались быстро. Ужас наполнил ее.

Ты – мой. Я – твоя.

Оставь девчонку. Оставь ее мне. Оставь ее мне, любимый.

Три руки с шипами поднялись из массы, как головы змей, готовые ударить. Нилла закричала, ее голос был далеким и близким.

«Держитесь», – шепнул мужчина из тени. Он бросился вперед, когда шипы ударили. Нилла бросилась в мужчину, в себя, и закричала.

Раздался стук, словно дверь распахнули, и грохот, будто ее захлопнули снова. Три жутких треска ударили по ощущениям Ниллы, и вдали раздался крик боли.

И стало тихо.

Она умерла? Нет, она не могла. Если бы она умерла, она бы поняла это? Борясь со своей дрожащей сущностью, она заставила себя приподняться и оглядеться.

Она оказалась в большой квадратной комнате, полной той же не тьмы, что и мир снаружи. Мужчина из тени тоже был там, прошел в нишу в углу комнаты, где что то опустил. Он прошел к большому холодному камину возле ниши, стал разводить огонь. Она услышала треск, будто увидела сияние, когда искра разгорелась. Но это было далеко, словно за множеством вуалей от нее. В ее мире не было света или тепла.

Не зная, что делать, она подлетела к нише, пытаясь увидеть, что опустил мужчина. Она увидела груду шкур, посчитала это кроватью. И там была еще фигура из тени? Меньше мужчины, но тоже без черт и далекая.

Почему ее так… влекло туда?

Мужчина из тени вернулся в нишу, разведя огонь, прошел сквозь Ниллу. Она отлетела от него, недовольно фыркнув. Грубиян! Он опустился на колени рядом с грудой шкур и будто поднял на руки другую фигуру из тени.

«Проснитесь».

Запах гари пронзил ее голову.

Нилла дернулась в шоке, удивленная от ощущения головы, от того, что чувствовала это жжение. Она давилась… а потом ощутила вокруг себя тяжесть смертного тела. Она уже не была невесомой, и она не была в мире из не тьмы. Она была в полной тьме, и что то опаляло ее ноздри.

Ее тело содрогнулось, ладони дико искали что нибудь реальное, чтобы впиться в это. Она нашла ткань и сжала с силой кулаком. Ее веки затрепетали, тяжелее, чем когда либо, и когда она смогла приоткрыть их, яркость огня чуть не ослепила ее. Царство тьмы тянуло за ее разум, пытаясь вернуть ее, и она чуть не погрузилась в нее.

– Проснитесь. Давайте. Я знаю, что вы меня слышите.

Она с усилием воли смогла открыть глаза. Белый туман как облако наполнял ее зрение. Картинка медленно стала четче, и она смотрела в серебряные глаза, обрамленные выпуклыми шрамами и дикой гривой белых волос и бороды.

– Ах. Вот и вы, – прорычал голос среди спутанных волос. Рука двигалась под ней, рука, обвивающая ее плечи, прижимающая ее к широкой груди в мантии. – Все хорошо. Можете меня отпустить.

11

Тело Ниллы отреагировало серией резких движений. Она ударила ногами, выгнула спину, ее ноги запутались в юбках. Ее ладонь все еще сжимала ткань, и она не могла заставить пальцы отпустить, но все остальное тело резко оттолкнулось.

Она упала на пол, растянулась и потянула незнакомца за собой. Его лицо было близко к ее, глаза были такими большими, что она видела свое отражение в его расширенных зрачках. Длинные волосы упали вокруг лица, смешались с бородой и щекотали ее щеки.

– Отпусти, девочка, – низкий голос загудел в белой бороде.