Постепенно наша группа рассасывалась, становясь все меньше и меньше – туристы застревали в магазинчиках, исчезали в боковых улочках, скрывались в зданиях музеев. Я шагал немного позади мамы, покруженный в свои мысли и, не глядя по сторонам, а потому ухитрился с размаху налететь на следовавшего своим курсом прохожего.

— Скузаць мэ, — извинился я по–румынски, поднял голову и с удивлением обнаружил, что в радиусе нескольких метров нет ни одного человека, с которым можно было бы столкнуться.

— Влад, что с тобой происходит? – мама замедлила шаг, пошла рядом. – Ты говоришь в пустоту, да еще на чужом языке, у тебя отсутствующий взгляд. Опять тайны, загадки, чертовщина! Перестань смотреть в бездну, попробуй жить, как все!

— Я стараюсь. Но не все от меня зависит.

Небо над крышами «зрячих» домов насупилось, стало низким и тяжелым, угрожая сорвать нашу прогулку по одному из красивейших городов Трансильвании. На мостовую пешеходной, очень похожей на Старый Арбат улицы, упали первые капли дождя. Туристов сразу поубавилось и тут мой взгляд засек крутившуюся перед каким–то магазинчиком группу цыган. У меня была отличная память на лица, поэтому я сразу узнал молодую цыганку с длинной, черной как смоль косой. Это была та самая девушка, что подходила в аэропорту к Алине!

— Идем скорее, дождь начинается… – мама потянула меня вперед. — Давай переждем его в этом кафе!

Я что–то ответил ей, а когда вновь посмотрел на цыганку, то уже не был уверен в своей правоте – вполне возможно, она немного напоминала девчонку из аэропорта, не более. И тут отдельные, лениво падавшие капли дождя превратились в ливень, а порыв ветра толкнул нас в старинный дом, на первом этаже которого размещалось небольшое кафе.

Пока мама изучала меню, я вышел в холл, достал из кармана телефон. Идея позвонить Светке появилась у меня в автобусе, но только теперь представился случай побеседовать без свидетелей.

— Влад?! Это ты?! Ты вернулся?!

— Нет, я еще в Румынии, если совсем точно – в Брашове. И у меня к тебе вопрос, как к эксперту по чудесам.

— Для простоты называй меня ведьмой. Я не обижусь. Ведь у этого слова есть и хорошее значение.

— Света, за время поездки со мной и с другими ребятами из нашей группы произошло много непонятного. Может быть, ты сумеешь разгадать этот ребус? Мне кажется, все началось, когда я вдохнул дым с необычным сладковатым запахом…

Не так–то просто коротко изложить события нескольких дней, но я старался быть лаконичен, представляя, в какую сумму может обойтись этот международный разговор. Светка только поддакивала в ответ, почти не перебивая – это не обнадеживало, похоже, мой рассказ поставил ее в тупик.

— Так ты говоришь, в мешочке лежали косточки лягушки? – наконец–то уточнила она. – А может быть, жабы?

— Я не зоолог и не патологоанатом. Это просто маленькие косточки перемешанные с какой–то травой. У нее запах, почти как у полыни…

— Слушай меня внимательно, Влад. Есть подозрение, что ты столкнулся с чарами очень сильной ведьмы. Будь очень осторожен. Я пороюсь в книгах, проверю кое–какие соображения. Но мне это не нравится, по правде говоря – просто пугает.

— Все обойдется.