— Это северяне, — сказал Воронья Кость, подзывая жёлтую суку именем Виги. В конце концов, он схватил её за холку и оттащил прочь, потому что не очень хорошо терзать недавно убитых.

— Друзья этих несчастных точно не стали бы смеяться над этой шуткой, — добавил он.

— Хорошо сказано, — сказал Орм, и на мгновение между ними вспыхнула искорка теплоты, словно отголосок того, что было когда-то. Финн и Мурроу опустились на колени и осмотрели ужасные черепа, как будто пристально изучали деревянные кубки, сделанные на токарном станке. Показалась Берлио, зажав ладонью рот, и Финн взглянул на неё.

— Проваливай, женщина, — проревел он. — Тебе здесь не место.

— Норны вплели её в это дело, — резко ответил Воронья Кость. — Пусть сами и распарывают.

— Идём, — сказал Орм, призывая всех к бдительности. Осторожно, словно овцы, учуявшие волка, они миновали кричащие черепа, продвигаясь в облаках дыма между парящих лужиц, а затем, как будто на глаза пролился бальзам — белый дым разом пропал. Словно необыкновенное чудо, такое как лежащая обнажённая светловолосая девушка с двумя мешками золота, они увидели перед собой небольшую чашеобразную долину, покрытую травой, совсем без снега, со всех сторон её окружали громады гор.

Здесь было довольно тепло, поэтому росла трава, и хотя, сейчас уже зима, трава была цветом осенней шкуры лисицы. Виднелись рощицы высоких деревьев, сбросивших листву, хвойные же, трепетали увесистыми, как брюхо богача, ветвями на тёплом ветерке.

Под одним из деревьев вилась струйка дыма. Воины в меховых одеждах стояли готовые к битве с копьями в руках, ещё миг и прольётся кровь. А затем женский голос сказал им что-то, и воины в звериных масках послушно уселись, словно домашние псы.

Воронью Кость будто молотом забили в землю, или ударили кулаком в живот, выбив из него весь воздух и разум. Ненависть и страх заполнили его целиком, он чуть не опустился на одно колено, а затем с трудом взял себя в руки, поднял голову и заметил озадаченное и беспокойное выражение лица Орма.

— Гуннхильд, — сказал он, и глаза Орма расширились, он пригляделся, а затем покачал головой.

— Это не Гуннхильд, парень, — ответил Орм. — А другая ведьма.

Всё ещё ошарашенный, Воронья Кость едва ли соображал, как шагал вперёд; несколько последних шагов к ней показались ему прогулкой по трясине в железных сапогах.

Глава 14

Команда Вороньей Кости

Она сказала, что её зовут Торгерс Хольгабрут, и Гьялланди побледнел, услышав это имя потому, что хорошо знал его. Орм понял лишь, что это имя означает что-то вроде невесты, и что эта женщина владеет сейдром, но в то же время, в ней была и частичка Тора, хотя рыжебородого бога никогда не примечали в женщинах, занимающихся колдовством.

Вороньей Кости было всё равно, как её зовут, потому что лишь вблизи он понял, что это не Гуннхильд, и это оказалось для него самым важным. Ох, да у рот весь в морщинах, словно кошачья задница, кожа мягкая, как жёваная оленья шкура. Высокая, худощавая, одновременно и старая, и молодая, смотрела любопытными голубыми, глубокими, как старый лёд, глазами прямо в его собственные.

— Я знаю, госпожа, что ты хранишь жертвенный топор, — удалось вымолвить Вороньей Кости, он постарался сказать это вежливо, его насторожило, что Клэнгер опустился на колени, а Адальберт поступил совсем иначе, — вытянулся во весь свой немалый рост и, глядя на неё, вздёрнул подбородок, осеняя себя крестным знамением.

Она не обращала внимания на всё это, а тем временем, саамы, её сторожевые псы, неуверенно расступились.

— Он был у меня, — ответила она, её голос дрогнул, словно треснувший котёл, она говорила по-норвежски с плохо скрываемым отвращением.