Когда мы были дикарями, мы считали, что они святы. В других наших городах есть здания, частично построенные из драгоценных камней, но они выглядят не так красиво.

— Догадываюсь почему, — пробормотала Люси.

— Верно, — проговорила госпожа поэтесса. — Именно часть городов, выстроенных из драгоценных камней, прежде всего привлекают к себе акул. Акулы не просто разрушают здания, они стараются утащить в море драгоценные камни. Из-за этого мы снова и снова пускаемся на поиски ценных камней, мы снова и снова подвергаем их сложной, тонкой обработке, дабы они встали на место украденных. Как архитекторы мы известны не только в нашем Секторе, но и по всей Галактике.

— Но как акулам удается утащить камни от разрушенных построек? — полюбопытствовала Люси.

— Исключительно по-акульи, — ответила иксстланская поэтесса. — Они их проглатывают. Конечно, никаких питательных веществ в драгоценных камнях не содержится, но проглотить акула способна все что угодно. Они утаскивают камни на дно, бросают их там, зарывают в донный ил — в надежде, что так нам труднее будет снова найти их. Только этим можно объяснить их желание растащить по частям разрушенные ими же дома.

— Какая жестокость! — возмутилась Люси. — Ведь это же… — она задумалась в поисках подходящего слова, — …презренно!

— Я с вами совершенно согласна, — горько вздохнула поэтесса.

— У иксстлан есть представитель в Совете Сектора, — вступил в разговор Том. — Нельзя ли сделать так, чтобы эту проблему обсудили там?

— Нет, — тихо проговорила поэтесса. — Думаю, вы уже знаете почему. Принцип работы Совета — невмешательство во внутренние дела.

— А с самими акулами вы не могли бы устроить переговоры? — спросил Том.

— О да! — воскликнула иксстланка. — У наших акул развита речь. Мы пытались поговорить с ними на их языке и урезонить их, но между нами слишком большая пропасть. Мы, иксстлане, — древний, мудрый, мирно настроенный народ, а акулы до сих пор самые настоящие варвары. Мы говорили им о том, что они забирают у нашего народа его душу, занимаясь кражей частей наших построек. Но никакие наши аргументы на них абсолютно не действуют. Мы умеем разговаривать по-акульи, а они — по-иксстлански, так что они нас прекрасно понимают, но понимают по-своему.

Том и Люси переглянулись.

— Может быть, нам — также в некотором смысле варварам — удалось бы придумать что-нибудь конструктивное, — задумчиво протянул Том.

— Хотелось бы верить, — вздохнула поэтесса — Вышло гак, — добавила она, — что вольно или невольно мы вновь вернулись к неприятному разговору об этих хищниках. Пока наши здания стоят. Я понимаю, что таким гигантам, как вы, не удастся осмотреть их изнутри, но, может быть, я смогла бы рассказать вам о том, как там все устроено.

— Пожалуйста! — воскликнула Люси. — Нам очень хотелось бы узнать об этом.

— Слушайте, и я расскажу вам, — немного нараспев проговорила иксстланка. — Драгоценные камни мы разыскиваем в горах, на суше и в море.

— В море? — изумился Том. — Разве это не опасно? А как же акулы?

— Конечно, без риска не обходится, — подтвердила поэтесса. — Но когда вдоль океанического дна плывет один-единственный иксстланин, он не привлекает к себе внимания акул.