Тина с облегчением вздохнула:

– Как хорошо! Я люблю тебя, Селия!

– И я тебя люблю.

Селия нежно обняла девочку, гладя ее огненно-рыжие волосы. Уже слишком поздно, слишком поздно что-то менять, это было бы жестоко по отношению к ребенку. Селия незаметно смахнула слезы. Тина не должна их видеть.

Наконец наступил вечер. Воздух был напоен ароматом цветов, легкий ветерок колыхал противомоскитную сетку над постелью Селии, а она, охваченная беспокойными мыслями, сидела за туалетным столиком и расчесывала волосы. В свете мерцающей лампы ее руки отбрасывали на стены длинные тени. До чего же долго тянулся этот день! Казалось, с того момента, как она проснулась утром и надела траурное платье, прошел целый год!

Селия рассеянно проводила щеткой по волосам. Если она выйдет за Бо, ей уже никогда не быть с Романом. Эта мысль пронзила ее, как удар в сердце. Неужели их жизнь сложилась бы так счастливо, как она о том мечтала?

«Хватит, – сказала себе Селия. – Перестань думать о нем, о его руках, губах, теле…» Однако Роман все больше поглощал ее мысли. Она вспомнила их последнюю встречу, неудовлетворенную страсть… Селия отложила щетку.

Из зеркала на нее смотрели темные глаза и усталое лицо, казавшееся темным при свете лампы. На ней была батистовая ночная рубашка с кокеткой из валенсианского кружева и маленькими шелковыми бантиками. Эта рубашка – тоже часть приданого, и скоро Бо увидит в ней Селию. Бо, а не Роман.

Медленно, как во сне, ее рука потянулась к перламутровым пуговицам на кокетке. Она расстегнула их, обнажив матовую грудь и округлые, прекрасные плечи, и долго смотрела на себя в зеркало.

Роман никогда уже не увидит ее обнаженной.

Теперь только Бо будет касаться и целовать ее. На глаза Селии снова навернулись горькие слезы. Если бы только прикоснуться к Роману еще раз! Заглянуть ему в лицо, почувствовать на себе взгляд мужчины, которого она любит больше жизни! Сейчас ее обида уже улеглась. Она не могла долго держать зла на Романа.

Селия сжала кулаки. Роман спит через несколько комнат от ее спальни. Если босиком выйти в коридор и тихо, очень тихо прокрасться…

Она погасила лампу. Затем, повинуясь непреодолимому желанию, девушка плавно скользнула к двери и беззвучно открыла ее…

Селия кралась по темному пустому коридору верхнего этажа к комнате Романа. Ее сердце яростно билось. То, на что она решилась, чистое безумие! Пробраться в комнату Романа, чтобы посмотреть, как спит ее любимый…

Она осторожно толкнула дверь его комнаты. Та скрипнула, Селия замерла от страха, но не услышала ничего, кроме ровного дыхания Романа. Собравшись с духом, она вошла.

Сначала девушка ничего не могла разглядеть в полной тьме. На окнах были плотные шторы, сквозь которые проникала лишь узкая полоска лунного света. Роман спал.

От волнения у девушки перехватило дыхание. Она внезапно поняла всю опасность своей затеи. Если Роман проснется, разбудит слуг… Ей надо немедленно уйти! Вернуться на цыпочках в свою спальню, пока еще можно.

Но что-то удержало девушку от этого. Услышит ли она когда-нибудь еще его глубокое ровное дыхание? Вот если бы только дотронуться до него! Сделать это в последний раз!

Уж не вселился ли в нее бес? Замирая от страха, Селия приблизилась к постели. Роман тихо застонал во сне и повернулся на бок, сбросив с себя покрывало.

Девушка молча смотрела на него. Во рту у нее пересохло, ноги приросли к полу – он лежал обнаженный, зарывшись в простыни и разметав руки и ноги.

«До чего же он красив! – думала Селия.