Алисса начала потеть. Холодный страх снова пронзил живот, и она боялась, что ее сейчас вырвет. Когда он привязал оба запястья, обездвижив руки, девушку охватил ужас.

Алисса билась и кричала:

— Люк, пожалуйста! Не делай этого. Нет...

Она пыталась подавить рвущиеся из груди рыдания, сохранить спокойствие, но с каждой секундой неподвижности и его власти, ужас усиливался.

— Чего не надо? Убеждаться в том, что ты задержишься в моей постели? У тебя не получилось провести время с любовником, ты до чертиков напугала меня своим исчезновением и послала меня. А теперь еще отказываешься разделить со мной свое роскошное тело, которое сводит меня с ума каждые проклятые день и ночь.

— Тайлер не мой любовник! Он никогда им не был. Я знаю, что ты не веришь мне, но, пожалуйста....

Кроме страха, она ощутила, как он полностью сломил ее защиту, и на ее сердце образовалась огромная трещина.

— Просто развяжи меня. Отпусти. — Девушка всхлипнула.

— Обратно к Тайлеру? Нет.

Алисса заставила себя взглянуть на него и вздрогнула, когда увидела едва сдерживаемый гнев и мрачную решимость, ожесточившую его лицо.

— Мы не можем так жить. Отпусти меня. Пожалуйста.

Ее мольбы не действовали на Люка. Его полыхающий взгляд остановился на ее лице, затем опустился к груди, задержался на животе. Когда он вернулся к ее лицу, мужчина уже кипел собственническим гневом, что заставило ее пульс забиться от ужаса и страха.

— Я не могу, — он обхватил пальцами ее запястья и лег на нее. — Ты моя жена, черт побери. Это должно что-нибудь значить для тебя.

Что? Что он может заставить ее заниматься с ним сексом в любое время, когда только захочет?

— Люк, нет!

Алисса только это и смогла произнести, прежде чем его рот прижался к ее губам. Его язык захватывал, его губы сокрушали, и она ощутила свой вкус на его губах. Отчаяние, ярость, настойчивое стремление — все закружилось в водовороте его поцелуя. Он хотел ее. Она боялась, что мужчина не воспримет слово «нет» как ответ.

Руки Люка сжались на запястьях Алиссы. Захват усилился, когда его поцелуй стал глубже. Защита, которую она вырабатывала месяцами и годами, чтобы блокировать кошмарные воспоминания, рухнула. Ей будто снова было пятнадцать, когда она была слишком доверчивая. Слишком наивная, чтобы понять, что ее жизнь вот-вот изменится навсегда. Она задрожала и забилась изо всех сил, пытаясь сделать хоть что-нибудь, чтобы сбросить с себя вес тяжелого мужского тела, душившего ее и причиняющего боль. Она знала, что начинается мучение. Боже, как пережить весь тот ужас снова?

Паника охладила ее мозг, и Алисса укусила Люка. Он отстранился, зажимая рот.

— Нет! Не делай этого. Пожалуйста, Боже, не делай этого. Я не могу. — Затем против своей воли, она разрыдалась. — Не причиняй мне боль.

Ее мольбы пробились сквозь его ярость. Люк мгновенно отскочил от нее, выражение похоти сошло с его лица, сменившись беспокойством.

— Тебе больно, сладкая?

Слезы обожгли ее глаза и потекли по щекам горячими дорожками, когда она повернулась на бок, насколько позволяли связанные запястья, и поджала ноги к груди.

— Пожалуйста, отпусти меня.

Она еще не закончила просить, а пальцы Люка уже развязывали узлы, освобождая оба ее запястья. Девушка была свободна. Бросив на него обвиняющий взгляд, полный боли, она побежала в ванную.

— Алисса! — закричал он, в его голосе сквозила тревога.

Она не ответила и продолжила бежать, услышав пугающий звук его шагов позади. Наконец, достигнув ванной комнаты, она захлопнула дверь прежде, чем мужчина смог попасть внутрь, и заперла ее за собой.