Глядя на преобразившегося Мастера, Сорин решил, что поступил правильно, проявив настойчивость во вчерашнем споре. Он приложил руку к груди.

Да пребудет Подземелье во веки веков.

Да пребудет вечно искра интереса в глазах Мастера.

— Я очень рад. — Сорин коснулся пальцами лба. — С возвращением.

Раздавшийся у стены сдавленный вздох — признак вернувшейся боли — заставил Сорина насторожиться. Неужели он поторопился? Принял желаемое за действительное? Он поспешил перейти к тому делу, ради которого пришел. Нужно занять мысли Мастера.

Сорин положил на стол набитый купюрами сверток. От запаха денег у старого вампира перехватило дыхание.

— Взнос, полученный от Тэмсин Грин. — Так звали смертную, пожелавшую стать одной из Избранных. — Приготовления закончены, остается только назначить дату и время.

— Тэмсин Грин, — повторил Мастер.

Имя было ему знакомо по видеозаписи встречи, во время которой смертная поклялась защищать тайну Подземелья ценой жизни и самых заветных желаний.

— По-моему, она нервничает. — В голосе Мастера, все еще нетвердом после пережитого экстаза, появились усталые нотки. — Она уверена в своем решении? После недавних событий осторожность не помешает.

— Да, Мастер.

— Без полного и безоговорочного согласия я не приму никого. Они должны жаждать того, что я могу им предложить. Одного раза довольно.

— Она согласна, Мастер. — Сорин положил ладонь на сверток, в котором было несколько миллионов. — И она готова заплатить сполна, — добавил он, стараясь не смотреть на закупоренный фиал.

— Тогда назначь ближайшую дату. — Старый вампир помолчал. — Я верю, что ты меня не подведешь.

— Да, Мастер.

Еще вчера Сорин усомнился бы в том, что у создателя хватит сил на утомительные обряды и празднества, которыми сопровождалось появление каждого новичка, однако увиденное только что успокаивало. Это — да еще вчерашний разговор, после которого Мастер отдал приказ установить слежку.

Кстати, нужно обсудить детали, касающиеся лично его, Сорина, и в первую очередь…

— Оставь меня! — Мастер закрыл глаза и прислонился к стене. Его аура начала меркнуть.

Сорин молча поклонился, коснулся пальцами лба. И ушел — его ждали дела.

Как ждали они и Мастера, оставшегося во мраке, что был так дорог его сердцу.

Глава 13 Встреча

«Дым и зеркала. Не бар, а сплошная бутафория», — думала Доун, сидя с коллегами у стойки, стилизованной под полуразрушенный церковный престол. Пахло чесноком, которым вся троица — словно заурядным средством от комаров — намазалась перед походом в «Баву». Поможет — отлично. А если нет… Что ж, тому счастливчику, которому Доун попадется в зубы, останется только посолить.

Кико решил блеснуть эрудицией и объяснил им, что этот притон готов назван в честь итальянского режиссера Марио Бава, мастера жанра хоррор, причем мрачный серо-белый интерьер тоже был своеобразной данью поклонения его таланту. Заросшие бурьяном стены в паутине трещин, торчащие тут и там коряги, железные решетки, каменные гробы — внутри бар напоминал заброшенную часовню из «Маски Сатаны», известнейшего фильма режиссера. Из-под стойки сочился призрачный белый свет, бросающий глубокие тени на лица одетых в черное барменов, которым и без того придавали демонический вид черная подводка вокруг глаз и крашеные в иссиня-черный цвет волосы. Впрочем, сама тусовка — сплошь в пирсингах и собачьих ошейниках — впечатляла не меньше. Голоса тонули в грохоте музыки, лица — в липком тумане.

Доун потягивала минералку и рассеянно барабанила пальцами в такт басам.