На выходе едва не столкнулся со слугой, несущим огромное блюдо, заваленное едой. В нос ударил наивкуснейший запах, и я, поняв, насколько голоден, недолго думая, сцапал с блюда большой кусок горячего пирога.

— Вы… — начал было обалдевший слуга, но я только махнул ему рукой, мол «неси-неси».

Раз уж теперь я буду питаться со слугами, не грех воспользоваться шансом и попробовать, чего меня лишили с барского стола.

Пирог оказался нереально вкусным — сочным, с хрустящей верхней корочкой и невероятной мясной начинкой. Выйдя из дома, я направился в сад — следовало обдумать своё положение, и я не хотел, чтобы мне кто-то мешал. А то сейчас дяде или его истеричной жёнушке ещё взбредёт в голову отправить кого-нибудь следом и навесить на меня неприятных обязанностей.

И словно в подтверждение мыслей, меня тут же кто-то окликнул:

— Кайл! Кайл!

Я обернулся. Ко мне семенил рыжий, коренастый парень с тяжёлой челюстью, в кожаной куртке и таких же штанах. В руках у него был небольшой свёрток, а на боку болтались кинжал и дубинка. Охранник?

— Что? — остановился я, прикидывая, чего ждать.

— Ты чего натворил-то? — подойдя ближе, парень почесал шею, — Правду говорят? Нахлобучил… Этого?..

А слухи по усадьбе быстро разносятся… Но судя по гуляющей на губах охранника улыбке и открытому взгляду, он не особо переживал по поводу случившегося…

— Ну, по его словам, — неопределённо пожал я плечами, засовывая в рот последний кусок пирога.

Оглянувшись, парень хмыкнул:

— Как обычно… Ну ты даёшь… Тебя же теперь со свету сживут!

— Трудности закаляют, — я снова пожал плечами.

— Смотри, молодой Толстяк этого так не оставит…

— Да я уже понял.

Меня порадовало, что охранник обозвал Райнхарда прозвищем. Очевидно, «кузен» ему тоже не нравился.

— Лан, я не за этим тебя звал, — тряхнул рыжей гривой парень, — Тут незадолго до того, как госпожа вас привела в дом, к воротам посыльный приезжал. Передал тебе кое-что. Во, — и он протянул мне свёрток, который держал в руках.

Взяв его, я взвесил посылку в руке.

— Спасибо.

— А чего там? — блеснул глазами парень.

— Потом расскажу, — улыбнулся я, не решаясь вскрывать неизвестную вещь при охраннике. Мало ли, что там?

— Ну лады, — усмехнулся мой собеседник, — Ты это… Заходи в караулку, если будет время. Только так, чтобы «они» не видели. Ночью можно, у меня бутылочка самогона припасена, в картишки перекинемся…

— Конечно. Спасибо!

Он кивнул и пошёл к закрытым воротам, а я отправился куда и планировал — в сад. Расположившись на мягкой траве, в тени густой кроны яблони, размотал бечёвку, развернул холстину, и уставился на антрацитово-чёрный кинжал.

Оружие было выковано искусно — клинок тонкий, трёхгранный, чёрный-чёрный, а в крестовину вставлен бордовый камень.

— Нифига себе вещица! — присвистнул я тихо, — Интересно, зачем, она Кайлу?

— Не Кайлу, а тебе, придурок.

Услышав эти слова, я вздрогнул, вскочил на ноги и быстро осмотрелся — но рядом никого не оказалось! Зато послышался смех — как будто смеющийся человек был совсем рядом. На расстоянии вытянутой…

… Руки…

Я опустил взгляд на кинжал, рукоять которого непроизвольно сжал.

— Правильно думаешь, — вновь раздался насмешливый голос, — Это я.

— Ты… — протянул я, стараясь совладать с первым испугом.