Корди скривила губы, состроив гримасу.

- Это… я ее. Еще хочешь?

- Не откажусь.

- Только шоколадных больше нет. Редко получаются. Вот тебе другие. Этот хариус из мармелада, это омлетная медуза, это макаронный окунь. Еще есть треска из чесночного хлеба и колбасный угорь, но они не очень получились.

Тренч взял омлетную медузу и осторожно откусил. Но никакого подвоха не было, разве что медуза с одной стороны немного подгорела. Так бывает, если оставить омлет на сковородке дольше положенного.

- Неплохо, - пробормотал он, пережевывая, - Значит, так ты развлекаешься?

- Это не игрушки, - пробурчала Сырная Ведьма, - Я так учусь. На рыбе. Раньше я училась на том, что попадалось под руку, но Ринни запретила. Когда обнаружила карамельный мушкет и трюфельный якорь. Наверно, у нее аллергия на грибы или…

- Видимо, твоя магия работает примерно так же, как и мои механические штуки, - невесело усмехнулся Тренч.

Сырная Ведьма поправила шляпу и по-взрослому вздохнула.

- Наверно. Давай уже, спроси.

- Что спросить?

- Почему со мной так происходит. Почему моя магия превращает все вокруг в еду.

- Я не собирался…

- Собирался, - безапелляционно сказала Корди, - Все спрашивают.

- Ну… Габберон что-то такое упоминал. Что-то про кулинарную магию и…

- Всем известно, что Габби трепло, - решительно перебила ведьма, - Нет никакой кулинарной магии. Это все из-за каши.

Тренч размышлял несколько секунд, прежде чем осмелился уточнить:

- Каши? Какой каши?

- Овсяной. В каледонийском приюте на Эклипсе нам каждый день давали кашу. Каша, каша и каша. Везде каша! Словно я жила в какой-нибудь Кашляндии, где все только тем и заняты, что едят кашу. Едят кашу, моются кашей, заправляют кашу в чернильницы… С тех пор я терпеть не могу кашу.

- Так ты жила в приюте?

- До десяти лет. Десять лет каши, Тренч. Без масла и соли, на воде. Ух, как я ее ненавидела…

Корди сжала кулаки. Кулаки были маленькие, детские, но Тренчу подумалось, что если одного касания хватит для превращения врага в порцию клубничного желе, недооценивать их силу явно не стоит.

- Знаешь, о чем я мечтала, пока оттуда не сбежала? О еде. Мои подруги мечтали о всякой ерунде. О красивом женихе-адмирале, о собственном доме, о клумбах с розами… А мне ничего такого в голову не шло. Я думала о еде. О ростбифах, пирогах с почками, сырной похлебке, артишоках и гусином паштете. О тарталетках и устрицах. О тыквенном соусе и клёцках. Целыми днями думала. Как будто они могли появиться, если хорошенько представить…

Корди досадливо одернула один из своих хвостов, лезущий в глаза.

- Ринни говорит, все мои проблемы из-за этого. Из-за каши. Я так долго думала о всяком съестном, что внутри меня что-то как бы сместилось или вроде того. Поэтому теперь у меня получается только еда. Любая. Знал бы ты, сколько всего нам пришлось выкинуть за последний год… Лакричные доски, фалы из вермишели, сапоги из бекона… В общем, с тех пор Ринни мне запретила творить ворожбу на чем-то кроме рыб. Но я думаю, это все-таки из-за того трюфельного якоря. Может, у нее аллергия на грибы или это был ее любимый якорь?..

- А… - начал Тренч.

- Нет.

- Но я же еще не успел…

- Ты хотел спросить, почему меня прозвали Сырной Ведьмой, - Корди тряхнула всеми своими хвостами сразу, - Все спрашивают. Но нет. Этого я говорить не стану.

- Надеюсь, не из-за того, что предыдущего своего пленника ты превратила в головку камамбера.

Корди высунула язык.

- Не скажу!

Забавная кроха, решил Тренч. Немного взбалмошенная, чересчур прямолинейная, она так не походила на созданный его воображением образ взрослой самоуверенной ведьмы, что поневоле вызывала симпатию. А еще эта ее детская непринужденность… Впрочем, сущим ребенком она не выглядела.