Трейси изумлялась, а ее восклицание «Глазам своим не верю» относилось как к представшему ее взору заметному животу Рио, так и к тому радушному приему, который они ей оказали.

— Нам самим не верится, — вставил Кейн и прижал ее к себе с ворчанием. — Мы уже и не думали, что удастся заманить тебя сюда. Будем надеяться, что ты в последний раз исчезла так надолго.

Трейси порывисто обхватила рукой его спину и вновь не смогла удержаться от слез.

— Давай-ка пойдем поищем носовые платки. Со стороны может показаться, что ты явилась домой, чтобы получить хорошую взбучку. — Кейн повел ее в дом. Тай с Рио шли следом и беседовали между собой. Кейн привел Трейси в свой кабинет, выхватил из коробки несколько бумажных носовых платков и сунул ей в ладонь. Трейси изо всех сил старалась удержать слезы и утирала лицо. Когда она успокоилась, Кейн протянул руку и приподнял ей подбородок. — Не смей больше сбегать из дому, не сообщив никому, куда направляешься, — строго произнес он. — Учти, что, пока мы живы, я должен слышать твой голос по телефону хотя бы раз в месяц, и было бы замечательно видеться с тобой по праздникам и дням рождения и в любое время в промежутках между этим. — Он улыбнулся, увидев изумление на ее лице, отпустил ее подбородок и выпрямился. — Итак, не обижает ли тебя там Кэмерон, в этом Сан-Антонио, маленькая сестренка? Мне сказали, что ты научилась набрасывать лассо. А его самого ты случайно еще не заарканила?

Трейси молча воззрилась на него, настолько преисполнившись чувств, что тут же снова расплакалась. Кейн заворчал, притянул ее в свои объятия и терпеливо смотрел, как ее слезы текут прямо ему на рубашку.

Ночной воздух стал прохладным за то долгое время, что Трейси с Рио провели в шезлонгах у бассейна. Они подробно обсудили все. Трейси еще раз принесла извинения и Кейну, и Рио и на этот раз поверила в то, что они простили ее. На душе у нее было полное умиротворение. Ей не доводилось прежде испытывать таких сильных родственных чувств, и это успокоило ей душу.

Через какое-то время Тай с Кейном вышли из дома и составили им компанию. Кейн прихватил с собой бутылку шампанского и пару бокалов, а Тай нес еще два.

Рио радостно улыбнулась Кейну.

— Шампанское. Если мы собираемся праздновать, то и я позволю себе отпить глоточек.

— Доктор наконец-то ответил на мой звонок и разрешил тебе выпить бокал, — сообщил Кейн и начал распечатывать бутылку.

— Кто скажет тост? Что мы отмечаем? — спросила Рио, неловко подвинувшись, чтобы попрямее устроиться в шезлонге.

— Приезд Трейси домой, скорое появление нашего малыша и то, что Кэмерон смирился с тем, что я получил тебя в жены, а он остался с носом.

Рио удивленно, с тихим аханьем взглянула на Тая, прежде чем перевести взгляд на Трейси, и вновь устремила его на мужа.

Брошенное Кейном загадочное «Я потом объясню тебе» в ответ на вопросительный взгляд Рио не ускользнуло от внимания Трейси, но, прежде чем она успела проследить за молчаливым обменом взглядами между троицей, Кейн хлопнул пробкой, и струя шампанского залила внутренний дворик. В считаные секунды бокалы было полны, а Кейн поднялся, чтобы произнести тост.

— За нашу семью, из кого бы она ни состояла, — начал он. — И за Господа Бога, милостью которого мы преодолели наши разногласия и сумели обрести друг друга.