За первые несколько часов кого нам только не встретилось - от хмурого прыгальщика, живого снеговика, который любит прыгать вам на голову, до того самого игольчатого сердцекола, уродливого ледяного ежа, при приближении человека выпускающего иголку прямо в сердце. Над головой время от времени пролетали туманные светотяги, способные впитывать солнечный свет и слепить прямо в глаза того, кто на них по глупости взглянет. Время от времени из пустоты возникали веселые разнообразники - самый безопасный вид существ, которые не могли причинить никакого вреда, но принимали вид своихболее страшных собратьев. Один раз на наших глазах разыгралась целая баталия - столкнулись армии красных и голубых клякс, Мердок таких никогда раньше не встречал, в результате они все стали оранжевыми и уплыли в сторону. Я уже даже не говорю о не таких запоминающихся встречах…

- Ремелин, - позвал Зак. - Крэг уже на месте. Можешь запускать пчел.

Волшебник кивнул, изобразил ввоздухе хитроумную руну - получилось только с третьей попытки, первые две пришлось развеять, видать, магия действительно выходила из-под контроля. После чего огненная руна стремительно уплыла на юго-восток, а Зак нас обрадовал доброй вестью - пчелы по всей тайге пробудились от летней спячки и шкура крэга оказалась далеко не такой прочной, как можно было подумать. Пчелиное жало немогло её проткнуть насквозь, но даже крошечных уколов хватало, чтоб пчелиный яд проник в кровеносную систему крэга. Жаль, что такая мелочь проклятую тварь не остановит…

- Его организм сумел выработать противоядие, - сообщил Зак. - Через несколько часов оклемается. Пока спрятался в сугробе и зализывает раны.

Отлично! Что не делается, все к лучшему - своей дурацкой шалостью Ремелин едва нас всех не угробил, но ведь не угробил же, а от погони опять немного оторвались. Теперь главное не сглупить, никуда не влезть, как, например, сейчас влезет Лина…

Я едва успел. Лиса была уже в одном шаге от серого сугроба, когда я мощным ударом кулака отправил её в нокаут. Видно, судьба у меня такая, Лину бить - я не хотел, но ведь не далее как пол часа назад Мердок назвал подобный сугроб "снежным мясоедом", и предупредил, чтоб мы ни в коем случае в него не вступили, а то конечности-другой в миг не досчитаемся.

- Ты куда лезешь! - на этот раз мой поступок был воспринят адекватно, и Зак набросился с обвинениями не на меня, а на ошалевшую Лину, которая опять превратилась в человека. - Ты что, не видела, куда идешь? Скажи Рему спасибо, ещё один шаг, и…

- Извини. Я заслушалась, и как-то не заметила…

- Заслушалась? - в голосе Мердока слышались нотки отчаяния. - Ты слышала пение, прекрасное божественное пение ангелов, которые призывали тебя на небеса?

- Да… - ошалевшая от удара моего кулака девушка только и смогла кивнуть.

- Мы пропали… - вздохнул Мердок. - Это снежные сирены, мы их ещё не слышим, но лисий слух тоньше человеческого. Они поют столь прекрасно, что опьяненные их божественным голосом люди теряют над собой контроль, а дальше… Вы сами видели, что происходит - сирены сами по себе не опасны, но в этих краях на секунду потерять бдительностьи замешкаться смерти подобно…

- Мы можем заткнуть уши? - предположил я.

- Не поможет… Их голоса столь прекрасны, что мы не удержимся, никто не удерживался, мы обязательно хоть на секунду захотим услышать хоть пару нот, и все, пропали… Единственный выход - обойти, нам придётся сделать крюк в сотню километров, и, если повезет… Да нет, не поможет, сейчас конец лета, а значит все снежные сирены будут петь ещё не менее недели, днем и ночью, по очереди соревнуясь в красоте голоса и богатстве тембра.