– Я наметила нескольких джентльменов, если вам интересно знать. – Она посмотрела на каждую из подруг. – Но вы должны обещать, что не будете распространяться об этом, если я скажу, кто они.

– Это одно из условий нашей договоренности, – напомнила Беатрис. – По крайней мере, я так поняла и надеюсь, что все сказанное здесь останется между нами.

– Конечно, – подтвердила Пенелопа.

Герцогиня кивнула в знак согласия, и все повернулись к Грейс. Та уже не держала руки, скрещенными на груди, однако все еще выглядела крайне смущенной.

– Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что мне приходится выслушивать, но можете быть уверены: наши разговоры не выйдут за пределы этой гостиной.

– Тогда все в порядке, – сказала Марианна. – Итак, только между нами. Я наметила сэра Артура Денни, Сидни Гилкриста и лорда Олдершота.

Герцогиня одобрительно кивнула.

– Все трое – достойные кандидаты, на мой взгляд.

– Все трое? – воскликнула Грейс, наклонившись над письменным столом. – Вы полагаете, Марианне следует завести сразу трех любовников? Боже милостивый!

Марианна засмеялась, и остальные присоединились к ней.

– Я не уверена, что готова иметь хотя бы одного любовника и уж никак не троих! Эти джентльмены рассматриваются мной только как потенциальные кандидаты.

– Прости, – сказала герцогиня, широко улыбаясь, – мне следовало сказать: любой из троих достоин твоего внимания. Каждый – привлекательный и неженатый мужчина. Я могла бы посоветовать тебе также рассмотреть кандидатуру лорда Джулиана Шервуда. Я заметила его интерес к тебе, проявленный им в прошлом сезоне.

– Интерес ко мне? – удивилась Марианна. В прошлом году она едва обратила внимание на молодого человека, отметив лишь его благородную внешность и прекрасные манеры. – Он слишком молод, не так ли?

– Какое это имеет значение? – спросила Пенелопа. – Лично я предпочитаю молодых мужчин. Они энергичны и меньше всего стремятся к серьезным отношениям. А лорд Джулиан не так уж молод. Кажется, ему лет двадцать пять или двадцать шесть? Он мог бы доставить роскошное удовольствие любой из нас. Он не только очень красив, но и прекрасный танцор. – Ее глаза весело блеснули. – Если мужчина хорошо движется на танцевальной площадке, можно предполагать, что он будет так же хорош и в интимной ситуации.

Все женщины дружно расхохотались, за исключением Грейс, которая была чрезвычайно смущена.

– Пенелопа совершенно права, – сказала герцогиня. – Танцы – прекрасный показатель прочих способностей мужчины. Понаблюдай за намеченными джентльменами на нашем следующем балу, Марианна. Если кто-то из них выглядит скованным и неловким, не чувствует ни музыки, ни ритма, можешь смело исключить его.

Марианна попыталась вспомнить, как танцуют интересующие ее мужчины, но не смогла. В ее памяти сохранилось только, как легко ей было танцевать с Адамом, который всегда держался красиво и грациозно. И поскольку он всегда имел успех у женщин, она могла держать пари, что теория Вильгельмины абсолютно верна.

– О, дорогая, – сказала Беатрис с гримасой на лице. – Я вспомнила, каким флегматичным и неповоротливым выглядел Джордж Абернати, танцуя с Эмили на ее первом балу, на прошлой неделе.