– Это твой первый опыт, так сказать, – заявила Вильгельмина, – поэтому нервозность вполне объяснима. Но ты должна расслабиться, когда придет время. Уверена, лорд Джулиан знает, как надо действовать. Ты получишь гораздо большее удовольствие, если не будешь слишком напряжена.

– Адам утверждает то же самое. Грейс буквально окаменела от ужаса.

– Тебе не следовало обсуждать подобные вещи с мистером Кэйзеновом.

– Он мой ближайший друг, Грейс.

– Одно дело говорить откровенно о таких интимных вещах с женщинами, но с мужчиной?.. Боже, Марианна, это совсем не годится.

– Да, наверное, это звучит странно, – сказала Марианна, – но мы действительно очень близкие друзья, и я могу спокойно говорить с ним обо всем. – Правда, в последнее время их отношения несколько изменились, и Марианна не знала, будут ли они такими, как прежде, после их поцелуя. И ей будет гораздо спокойнее, если он перестанет, как обычно, прикасаться к ней во время разговора, так как с недавнего времени эти прикосновения вызывали у нее внутреннюю дрожь.

– А ты не боишься, что Адам станет распускать сплетни о тебе по клубам? – спросила Грейс. – Что, если за стаканчиком спиртного он раскроет все твои секреты, и вскоре твое имя начнут трепать по всему городу?

– Я доверяю Адаму более, чем кому-либо, – сказала Марианна. – Он никогда не злоупотребит тем, что я доверительно рассказываю ему. Он слишком порядочный человек, чтобы подвергать нашу дружбу опасности подобным образом. Он самый прекрасный человек из тех, кого я знаю.

– Боже мой, Марианна, – вмешалась Пенелопа, – звучит так, словно ты испытываешь к нему нежные чувства. Адам очень привлекательный мужчина. Жаль, что он помолвлен с этой хихикающей девицей.

– Действительно жаль, – согласилась Марианна. – Трудно представить более неподходящую пару для него.

– Ты, в самом деле, испытываешь к нему нежные чувства! – воскликнула Пенелопа.

– Ничего подобного. Мы долгие годы были друзьями, и я привязалась к нему, вот и все. – Марианна печально усмехнулась. – Помню, я впервые познакомилась с ним, когда он приехал вместе с Дэвидом из Оксфорда. Я считала его самым эффектным мужчиной: красивым, обаятельным, с улыбкой, от которой у юных девушек слабеют колени.

– У более взрослых девушек тоже, – заметила Пенелопа.

– Дэвид шепнул мне, что его друг отличается некоторым сумасбродством, – продолжила Марианна, – и это лишь усилило его привлекательность для невинной девушки, какой я была. Но все давно прошло. Теперь я вижу в нем только хорошего друга, а не лихого героя.

Было время, когда его соблазняющие зеленые глаза щегольски распущенные длинные волосы кружили ей голову. Хотя Марианна и любила Дэвида, незадолго до свадьбы она была также немного влюблена и в Адама. Но, разумеется, это чувство не имело продолжения. Как она могла? Вскоре Марианна окончательно забыла свою глупую влюбленность, испытывая глубокие чувства к Дэвиду.

Однако в последние несколько недель она осознала, что ее влечение к Адаму на самом деле никогда не исчезало. Оно было погребено под пластами пристойности и разумности в дни счастливого брака с Дэвидом.