— Могу я спросить тебя, государь? Ты ждешь изменений работы Тайного Приказа? — спросил Егор.

— Да. Я желаю усилить работу внутри державы. Твое ведомство повинно усилить надзор внутри державы. Особливо среди дел купцов и промышленников. Поработай с Лукой Мартыновичем. Но тебе все держать под надзором. Важно работать так, кабы не было заметно иным, — давал я наставления Егору.

Не сказать, что я полностью уверен в компетенции боярина Игнатова, но вот в чем на данный момент он хорош, так в том, что честен, и до сего момента, за что не брался с упорством, настырно, но добивался нужных результатов.

— Ты здесь чаю попей, да бумаги обстоятельно почитай, — сказал я, оставляя Игнатова одного в комнате.

Пока было время решил навестить Ксению. Что-то она приболела и есть подозрение, что это пневмония. Рентгеновские лучи мы не изобрели, я об этом направлении физики знаю чуть больше, чем ничего. Можно только лишь по косвенным признакам.

— Ну как ты, родная? — спросил я, зайдя в спальню к жене.

Учитывая то, что чуть ранее похожим образом болел старший сын Ваня, консилиум лекарей постановил держаться на расстоянии от больной. Понятие о вирусах я распространил, хотя наука еще не доросла до их выявления эмпирическим путем. Между тем, пользуясь знаниями из будущего, нам удалось локализовать и избежать немало масштабных эпидемий.

— С Божией помощью, родной, — отвечала женушка, при этом подарив мне улыбку.

Значит, не все так плохо, раз улыбается. Мы некоторое время смотрели друг на друга. За время нашей совместной жизни мы научились не только смотреть друг на друга, но и смотреть в одну сторону. Удачный брак — полдела для успешного мужчины.

— Иди уже, — сказала Ксения и махнула рукой.

— Я после Совета зайду, — сказал я и направился в тронный зал, где уже собрались ближние бояре.

И все-таки кое-кто из нас изрядно постарел. А кто-то не собирается даже выглядеть по-взрослому. К примеру, Лука уже без трости не ходит. Причем, этот предмет у него не бутафорский. Что только не думали наши лекари над тем, как подправить варикозное расширение вен Луке Мартыновичу, так пока и не придумали, несмотря на обещанную премию в пять тысяч рублей за изобретение способа лечения. Здесь нужна операция, делать которую никто не умеет. Еще и сердечко у Луки уже прихватывает. А ведь ему лишь немного за пятьдесят. Много работал, сгорел на работе. И, может, есть уже и кем его заменить. Но как, например, заменить Ломоносова, Менделеева? У них могут быть достойные ученики, продолжатели, но второго Ломоносова уже не будет.

Другое дело Скопин-Шуйский. Еще кое-что из прошлой жизни вспоминается. И я сравнил бы молодость главного военного Российской империи с актером из будущего Дмитрием Харатьяном. Тот тоже очень долго оставался «вечно молодым». Если бы Михаил Васильевич еще не брил бороду, так мог казаться и постарше. А так — пацан пацаном. Вот только этот «пацан» дает жару всей Европе.

— Давай, Михаил Васильевич, с тебя начнем. Желаю сперва добрых вестей, сказал я, указывая Скопин-Шуйскому.

— Твое императорское величество, — Скопин-Шуйский степенно поклонился, обвел взглядом присутствующих и начал свой доклад.

По всему видно, что переброска русских войск в Сербию и на Пелопоннес закончилась. Через пару дней Михаил Васильевич Скопин-Шуйский отправится в русский город София, что расположен на болгарской земле. Именно там будет находиться Ставка Верховного командования. Есть уверенность, что ненадолго центр принятия военных решений будет в Софии, и уже скоро Ставка переместиться куда-нибудь в район сербско-русского города Белграда.

Герцог Гонзага явно что-то перепутал. Этот католический проходимец объявил себя императором Восточной Римской империи, апеллируя тем, что он, дескать, потомок последнего русского императора.