– Не бойтесь, они тоже не опасны, – сказал Эйден, видя их неудачные попытки отогнать от себя ламинарию. У берега синтетик помог Самине выбраться из воды. Он дал ей дегидровел и жестом поманил к запруде у корней дерева. Это был красный клен. Такой старый, что кора у основания растрескалась, а широкий ствол кренился к воде. Течения здесь почти не было, и на поверхности болталась ряска. Юркие рыбешки то и дело хватали ее круглыми ртами, а иногда ошибались и кусали лепестки желтоватых соцветий, что падали с дерева. Самина глядела на это чудо, как зачарованная.

– Не могу поверить, этого не может быть…

– Обычное дело для обитаемой вселенной. Симбиотическая гармония живых организмов одной планеты. – андроид смотрел на нее с нетерпением, будто ждал чего-то. Идеи, озарения? Чего-то недоступного ей. Девушка вздохнула и поднялась, готовая вернуться к остальным.

– У нас не та планета, Эйден.

– Оглянись. Та самая.

– Здесь нет гармонии!

– А должна быть!

Самина сжала зубы и ощутила, как нарастает раздражение. Не от того, что андроид говорил намеками, а от того, что она перестала их понимать. Незримая связь, которая возникла еще в архиве, оборвалась – может, этим утром, в карфлайте. Из-за слов Бена. Она перестала воспринимать трудности как головоломки, что так увлекательно решать вдвоем.

– Нам нужен вон тот туннель, – синтетик указал на скалу, где обсыхали Бен и Орис. – Я скоро вернусь, а вы здесь попробуйте выйти за рамки школьных уроков по природоведению.

– Я не понимаю, о чем ты, но если ты что-то знаешь…

– Откуда? Я могу только догадываться.

– Тогда скажи!

– Нет, мне нравится наблюдать твое замешательство.

Самина уже знала: пока глаз андроида горит красным, надеяться особо не на что.

– О, ну, дай хотя бы туманную подсказку в двух словах.

– Ловушка Пеннинга.

– Ясно.

На самом деле из ясного было только, что большего от него не добиться. Андроид круто развернулся и пошел вверх по холму. Послушные сателлюксы парили чуть впереди. Самина проследила взглядом его маршрут и увидела высоко на стене, прямо в толще скалы, квадратное отверстие. Судя по размеру, это мог быть вход в тот самый бункер времен Хмерса. Его гранитные края – идеально ровные – казались неподвластными времени. Самину подмывало остеречь андроида, но она предчувствовала тщетность попыток его остановить. Если даже ее распирало любопытство, она представила, каково было роботу. Эйден попробовал уцепиться за выступы на скале и после нескольких сомнительных попыток полез вверх, прихватив страховку.

Девушка вернулась к остальным. Брат и куратор ждали на краю нового туннеля. Никто и не думал сетовать на задержку – все остро нуждались в передышке. Бензер сидел на валуне, смотрел в никуда и подергивал ногой. Орис наблюдал, как император взбирается по стене. Продвигался он так себе – электромагнитное поле под куполом так шалило, что даже сателлюксы то и дело выходили из строя. Когда рука андроида сорвалась, и он пролетел полметра вниз, чтобы каким-то чудом ухватиться за край уступа, Самина не выдержала и отвернулась.

– Бен, ты знаешь, что такое ловушка Пеннинга? – спросила она.

Кибернетик перевел на нее затуманенный взгляд и несколько раз беззвучно повторил название. Наконец он мотнул головой:

– Точно где-то когда-то слышал, но убей не вспомню, что. А тебе зачем?

– Он сказал, что нам следует подумать над этим. – Самина кивнула на скалолаза. – Он думает, это как-то связано с тем, что растения в этой зале безвредны.

– Да он же умом тронулся!

Внезапно к ним обернулся Орис, его глаза заблестели:

– А я знаю! Знаю, потому, что в прошлом семестре у нас был целый курс о вооружении кораблей имперцев.