Робот не подавал признаков жизни на всем протяжении ее горячего монолога, и Самина решила, что ей откажут в особо извращенной форме. И удивилась, когда Эйден произнес:

– Я боюсь аморфофаллуса, Бензер. Возьмем ее?

– Конечно, нет! Сэм, детка, ты рехнулась?! Я категорически против, это опасно!

– А я вынужден признать, что Самина права. – сказал андроид. – Я тоже против, чтобы барышня вторгалась в нашу теплую мужскую кодлу. Но в условиях дикой природы биолог станет едва ли не единственным полезным членом команды. Я уверен, мы с ней отлично сработаемся.

– Ну-ну! Вы на пару только пробирки здесь перекладывали. Она абсолютно неспособна действовать в критической ситуации!

– Бен, я здесь вообще-то! – задохнулась Самина.

– А что я такого сказал? Сработаетесь… Отчего такая уверенность?

– Отчего-то. – отрезал Эйден и поймал очередной мячик на лету. – Итак, мы отправляемся втроем. Завтра в пять утра. Поздно, конечно, но в темноте, среди плотоядных мхов, идти слишком рискованно. Шиманай, я вижу, Вы уже набросали список необходимого инвентаря. Добавьте в него запасные… запасное всё. И почему бы Вам, в самом деле, не прицепить один мячик на резинку к запястью?

Кафт потупил взгляд и добавил в список еще один пункт.

– Значит, это Вы у нас теперь главный? – буркнул куратор.

– Простите, Бензер. Я лишь пожевал уголок командирского одеяла и вовсе не собирался перетягивать его на себя. Не обижайтесь, ну, давайте у нас будет два лидера. Так же куда забавнее.

Кибернетик закатил глаза.

– Что ж. Трое против одного, да? Не вижу смысла задерживаться в этом балагане. Сэм… увидимся на обеде. Во мне еще теплится надежда тебя переубедить.

Он скромно прикоснулся губами ко лбу Самины.

– И умоляю, больше не угоняйте карфлайт директора химлаборатории. Я-то все утро думал, чего он ко мне привязался!

Озадаченный новым списком, Шиманай покинул кабинет вслед за куратором. Самина обнаружила, что все еще стоит, опираясь ладонями на столешницу, расслабилась и упала в кресло.

– Сэм, детка, ты рехнулась? – возник перед ней андроид, копируя интонацию Бензера.

Девушка подняла капельницу с кофе в немом вопросе.

– Ксилит. – ответил Эйден.

– Ну, раз ты не отравил меня, значит, и правда согласен включить в команду. Я обладаю уникальными знаниями, и мне бесконечно стыдно, что я еще не испытала их на практике! Вы просто обязаны меня взять.

– Мы возьмем тебя, это уже решено. Но я видел, куда ты косилась, когда я назвал тебя полезной. Ты действительно хочешь пойти или пытаешься что-то доказать Бензеру?

– Вот к чему ты сейчас все усложняешь? Что тебе до моих причин?

– А я вообще сложный механизм. Знаешь, когда тебе переваливает за пару сотен, начинаешь жить иными категориями. Много думать, глубже копаться. Я хочу быть уверен, что ты реально оцениваешь собственные силы, потому что погоня за чьим-то одобрением часто оборачивается трагедией.

– Бензер тут ни при чем.

Эйден моргнул.

– Не та формулировка, доктор.